takya.ru   страница 1страница 2страница 3страница 4
скачать файл

51

Психотерапевтическое консультирование

Создание и разрушение связей


ходом. Можно также предположить, что просто существуют две параллельные проблемы, одна - дома, вторая - в учреждении. При этом ни одна из них не является следствием другой. Есть возможность еще одного подхода - принять противоположную точку зрения и утверждать, что проблемы дома порождают­ся проблемами в учреждении. В конце концов, нередко проблемы детей вне семьи становятся источником жарких конфликтов внутри семьи. Отдавая пред­почтение конкретному взгляду на характер связей между проблемами, мож­но '— в хорошую или плохую сторону - оказать влияние на достижение желае­мого изменения.

Следующий пример, который относится к первому году наших тренинго-вых семинаров, иллюстрирует, как идеи о разрешении проблемы более свобод­но возникают в том случае, если не зацикливаться на всех этих причинно-след­ственных связях, а работать с конкретной, актуальной проблемой.

Жестяной человек

Сантгу был десятилетним мальчиком, который отказывался ходить в шко­лу. Когда по утрам его отец собирался покинуть школьный двор, Сантту охва­тывало беспокойство. Перед этим мать Сантту брала месячный отпуск на рабо­те, чтобы сидеть с ним в классе. Это хорошо сработало, но когда ее отпуск кончился, Сантгу снова отказался ходить в школу. Школьный психолог для оцен­ки ситуации направил семью в амбулаторное отделение детской психиатричес­кой больницы. В больнице родителям сказали, что проблема Сантту вызвана нарушениями во взаимоотношениях родителей. Исходя из этого диагноза, се­мье посоветовали пройти семейную терапию. Оба родителя этот диагноз при­няли и записались на семейную терапию в местном центре по делам детства. Социальный работник этого центра проходила у нас тренинг и решила пригла­сить эту семью на консультацию. На предсессионной дискуссии, которая в то время была частью нашего распорядка, было решено, что терапия должна быть сфокусирована на практическом решении - чтосделать, чтобы водворить Сан­тту в школу - а не на построении гипотез о стоящей за этим динамикой. Одна­ко, когда терапевт предложила родителям такой подход в начале сессии, они возражали и привели разумные аргументы в пользу обсуждения стоящих за явлением проблем, а не симптомов. По телекому мы инструктировали терапев­та придерживаться нашего первоначального плана. Ей посоветовали объяснить родителям, что даже в медицине бывают ситуации, когда именно лечению сим-

52

птомов отдается приоритет перед исследованием стоящей за ними болезни. В качестве примера мы привели эпилептический припадок, который требует сим­птоматического лечения до того, как будет проведено тщательное неврологи­ческое обследование. После длительных переговоров, во время которых тера­певт убедила родителей, что займется их супружескими проблемами как толь­ко мальчик начнет посещать школу, они приняли такой подход. «Ну хорошо», -сказал отец, — «мы сперва попробуем сделать так, чтобы он ходил в школу, но что же мы можем сделать? Мы все уже испробовали». Терапевт мягко, вместе с родителями, пересмотрела все решения, которые были до сих пор испробова­ны, и предложила попробовать что-нибудь еще. В конце концов было решено на следующую сессию пригласить учительницу Сантту и привлечь ее к поиску нового подхода. Следующая сессия с учительницей оказалась полезной. Сант­ту объяснил, что он ходил бы в школу, если бы его не охватывало ужасное чув­ство тревоги в момент расставания. Строились планы о том, как помочь Сантту совладать с этим чувством. Сантгу сам предложил назвать свою тревожность «жестяной человек». Это прозвище символизировало ощущения Сантту: пус­тая голова и потеря контроля над нижними конечностями. Дома Сантту вместе с отцом придумали методы упражнений по контролю над этими ощущениями и проводили их до тех пор, пока Сантту не научился включать и выключать жестяного человека по своей воле. Через пару недель Сантту снова посещал школу и все, казалось, были довольны сложившейся ситуацией.



На следующей сессии социальный работник, верная своему обещанию, подняла вопрос о предполагаемой супружеской проблеме:

  • Как и договаривались, теперь мы начнем работать с вашими отношения­
    ми, - объявила она мужу и жене.

  • Между нами в последнее время все хорошо', правда, дорогая? - сказал отец.

  • Да, я согласна. Я в данный момент не вижу необходимости обсуждать
    какие-то конкретные вопросы.

  • Но, - настаивала терапевт, - в прошлый раз мы все согласились с тем,
    что сконцентрируемся на ваших взаимоотношениях, как только разрешится
    школьная проблема.

И тут вмешался Сантту:

- Может быть вам стоит обсудить ваши проблемы сейчас, - сказал он как


взрослый, - понимаете, если вы этого не сделаете, моя проблема может вер­
нуться.

Проницательность Сантту позабавила терапевта, но родители взглянули на него и твердо заявили: «Нет, она не вернется».



53

Психотерапевтическое консультирование

Создание и разрушение связей


Супружеские отношения во время терапии так и не обсуждались, а пробле­
ма Сантту не возобновилась. .

При заключительном анализе зачастую невозможно знать наверняка, выз­вана ли данная проблема какой-либо другой проблемой. Однако, с прагмати­ческой точки зрения, возможно, и не следует искать причинно-следственной связи между двумя сосуществующими проблемами. Это дает возможность боль­ше сосредоточиться на актуальной жалобе, чем на предполагаемых проблемах, стоящих за ней. Разрешение жалобы в духе сотрудничества может стать пози­тивным опытом, который благотворно отразится и на последующих пробле­мах. Следующий пример относится к периоду, когда Бен работал консультан­том в клинике по делам детства. Благодаря тому, что он не располагал пред­варительной информацией по данному случаю, ему было проще избежать вни­кания в другие проблемы обсуждаемой семьи. Если бы он был в курсе всех нюансов, такого рода решение могло бы не появиться.

Обещание предприимчивого мальчика

Ироу девятилетний школьник пришел на консультацию со своей мамой. По своему обыкновению, прежде чем начать интервью, я намеренно не искал ни­какой информации по данному делу. От матери я узнал, что в текущем году Иро много раз пропускал школу без уважительной причины. Обычно он при­творялся, что идет в школу, но как только родители уходили, возвращался до­мой. В те дни, когда домой не хотелось, он бродил по улицам и общался с раз­ными сомнительными типами.



  • И что же ты делаешь весь день, когда остаешься дома? Не скучно ли тебе
    дома совсем одному? - спросил я Иро, начиная устанавливать с ним контакт.

  • Я смотрю телевизор, - ответил Иро.

  • Но там ничего нет в дневное время, не так ли? ..

  • У нас есть «тарелка», я смотрю спутниковые каналы.

  • Ага, значит у вас есть спутниковая антенна. Ты должно быть эксперт в
    музыкальных видеофильмах, между прочим,, на спутниковых каналах говорят
    по-английски. Ты научился понимать, что они говорят?

-Да.

-Это отличный способ учить английский!

Следующий вопрос я адресовал матери и их терапевту.

54


  • Наблюдается ли какой-то прогресс в последнее время?

  • Да, - сказала мать гордо, - Иро стал посещать гимнастические занятия.

  • Это замечательно. Как тебе это удалось? - спросил я мальчика.
    Он только пожал плечами, а его мать с гордостью объяснила:




  • У Иро с преподавателем физкультуры был разговор, в результате Иро
    пообещал посещать уроки физкультуры.

  • Как хорошо, - сказал я и опять повернулся к Иро. - Кажется, ты - хозяин
    своего слова?

  • А что это значит? - спросил Иро.

  • Это значит, что если ты даешь обещание, ты сдерживаешь его. Ты такой?

  • Да, я такой.

  • Это прекрасно. Готов ли ты пообещать, что будешь посещать и другие уроки?

  • Почему бы и нет? - сказал Иро.

Про себя я подумал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Такое подозрение было как у меня, так и у остальных, присутствовавших в этой ком­нате: даже если сейчас Иро поклянется, что будет ходить в школу, вряд ли его надолго хватит.

  • Я одобряю твои стиль, - сказал я и указал на видеокамеру, закрепленную
    на стене: - Ты видишь там видеокамеру. Сейчас она выключена, но мы можем
    ее включить и записать твое обещание на видео. Ты бы согласился на это?

  • Да, - отвечал Иро с энтузиазмом. Видимо он уже видел себя на ТВ-экране.

  • Тогда мы могли бы показать тебя по ТВ твоему учителю и, возможно,
    всему классу. Как ты на это смотришь?

Иро согласился. Его мать и терапевт тоже ничего не имели против. Через несколько минутвидеозапись была сделана и все мы собрались в наблюдатель­ной комнате для ее просмотра. На экране Иро гордо давал свое теле-обещание, что с этого момента он будет посещать школу, не только физкультуру, но и все остальные уроки. После того как мы просмотрели «клип», Иро неожиданно засобирался.

- Куда ты идешь? - спросила его мать.

-Я опоздал в школу, - сказал Иро, поспешно покидая кабинет. Все осталь­ные вернулись в терапевтическую комнату и продолжили сессию.


  • Какой предприимчивый у вас сын, - сказал я матери Иро. - Я редко ви­
    дел кого-нибудь столь же переживающего за свою карьеру.

  • Да, я знаю, что он предприимчивый, - сказала мать Иро, положив только
    что записанную кассету на колени, - но фактически проблема состоит в том,
    что мой муж отказывается приходить сюда. • ' ■

" • ■ 55

Психотерапевтическое консультирование

Создание и разрушение связей


  • Почему вы хотите, чтобы он сюда пришел?.— спросил я.

  • Иро страдает из-за пьянства отца. Муж пьет пиво и когда начинает, то уже
    не может остановиться. Он уходит со своими друзьями и пропадает с ними
    несколько дней подряд. Он не соглашается прийти сюда, хотя я просила его об
    этом много раз.

  • Итак, вы хотите, чтобы он пришел с вами сюда, потому что вы верите
    присутствующим здесь людям. Я им тоже очень доверяю, так что это может
    быть, хорошая мысль, заставить его прийти. Разумеется, я не могу знать, поче­
    му он отказывается, но, поставив себя на его место (я тоже отец), могу предпо­
    ложить, что он боится, что если он придет сюда, то его начнут обвинять в про­
    блемах Иро. Вы согласны с моим предположением?

  • Возможно.

  • В таком случае, было бы полезно, если бы мы смогли как-то его разубе­
    дить, что его действительно не будут обвинять. Могли бы вы сказать ему, что; на
    мой взгляд, Иро исключительно находчивый мальчик и, я думаю, он унаследовал
    эту черту от своего отца. Скажите мужу еще и о том, что он, возможно, поступал
    мудро, держась подальше от дома во время своих пьяных загулов. Благодаря это­
    му Иро Не видел его напившимся, и это могло способствовать развитию у Иро
    находчивости. Если вы передадите эти слова вашему мужу, он может пересмот­
    реть свое нежелание быть здесь вместе с вами. Как вы считаете?

  • Может быть, - сказала мать. Я переменил тему:

  • А что вы предполагаете сделать с видеокассетой?

  • Я думаю, мы сперва посмотрим ее дома. Потом я могла бы дать ее учи­
    тельнице Иро.

  • Прекрасно. Мое предложение таково: вы предоставите учительнице ре­
    шить, что с ней делать - захочет ли она показать кассету классу или посмотрит
    ее сама, вместе с Иро или без него.

  • Да, она сама может решить, - согласилась мать, когда мы заканчивали
    сессию.

Позже я узнал от терапевта, что Иро, действительно, пошел от нас прямо в школу. Терапевт продолжал встречи с семьей и был настроен более оптимис­тично по поводу привлечения отца Иро к участию в будущих сессиях.

В предыдущих примерах возможные причинные связи между двумя про­блемами либо оспаривались, либо игнорировались. Другой подход к решению ситуаций, где присутствуют две предположительно связанные между собой проблемы состоит в том, чтобы поменять местами причину и следствие. «Пе-

56

реворачивая» причинные взаимоотношения, мы находим совершенно новые способы разрешения проблемы. Например, часто предполагают, что низкая самооценка является причиной многих затруднений. Противоположное мне­ние о том, что проблемы порождают низкую самооценку,.в равной степени до­стоверно, но оно требует иного подхода. Принято считать, что психологичес­кие проблемы являются причиной чрезмерного потребления алкоголя, но и в этом случае уместно предположить, что психологические проблемы являются результатом пьянства. Слуховые галлюцинации обычно рассматриваются как симптом шизофрении, но шизофрению можно считать и реакцией на «голоса». Следующий пример из практики Тапани иллюстрирует обратную перестанов­ку предполагаемой причинности.



Рыбаки

Исмо - девятилетний мальчик, у которого пару лет назад умерла мать. Со времени кончины матери у Исмо были разные проблемы, все они объяснялись как симптомы его тревоги. Например, он перестал играть с друзьями и все свое свободное время сидел дома поблизости от отца. Он отказывался ходить в шко­лу, если его сопровождал не отец и если не отец забирал его после полудня. Когда это было невозможно, Исмо целый день сидел дома, ничего не делая. Отец говорил, что Исмо ведет себя так, как будто он к нему приклеен.

Например, если отец выходил в другую комнату, сын начинал беспокоить­ся и спрашивал: «Папочка, куда ты идешь?». Отец с исключительным понима­нием относился к Исмо, объясняя, что сам также страдает сильной тревожнос­тью после смерти жены. Каждый вечер Исмо и его отец вместе сидели дома перед телевизором и поглощали огромное количество пищи. Неудивительно, что оба они имели избыточный вес.


  • Скажите мне, что бы вы оба делали, если бы у вас не было этой тревожа
    ности? — спросил я отца.

  • Ну, я думаю, мы делали бы то, чем занимались раньше, не так ли? - ска­
    зал отец.

  • Да, - согласился Исмо.

  • Мне было бы интересно знать, чем вы раньше занимались. Исмо, ты мо­
    жешь мне рассказать?

  • Да. Мы ходили в гости, а еще мы ходили в бассейн, по крайней мере раз
    в неделю. А еще мы с папой ходили рыбачить на наше озеро, - объяснил Исмо.

57

Психотерапевтическое консультирование

Создание и разрушение связей


- Временами бывает трудно сказать, что на первом месте, - начал я объяс­
нять. - Препятствует ли тревожность обычным занятиям человека, или человек
становится тревожным, потому что он ничего не делает. Бездействие, безуслов­
но, высвобождает массу времени на мысли о вещах, порождающих тревогу

Оба, отец и сын, выглядели озадаченно. Я продолжил:

- К счастью, в вашем случае есть способ определить, что стоит на первом
месте. Я предлагаю вам ходить плавать, как было раньше, невзирая на вашу
тревожность, и посмотреть, что произойдет.

Оба, Исмо и отец, согласились провести такой эксперимент. Позже я узнал, что в последующие две недели они не только посещали бассейн, но также на­вещали родственников и даже вместе ходили на рыбалку.

Не только терапевты-психологи, но и врачи других специальностей стал­киваются с вопросом о том, каким должен быть подход к возможным связям между одновременными проблемами. Общепринятым понятием в психосома­тической медицине является идея психогенеза, убеждение, что соматические недомогания являются симптомами стоящих за ними психологических проблем.

Эта идея, в данное время популярная среди широкой общественности, не лишена недостатков. Предположение о том, что интеллект и психика ответ­ственны за порождение проблем в теле человека, приводит к странному поло­жению вещей, когда две составляющие человеческой личности находятся как бы в конфликте между собой.

Более плодотворный психосоматический подход состоит в рассмотрении психики и тела как партнеров, как друзей, заботящихся и помогающих друг другу. Вместо предположения, что психика возлагает свои собственные про­блемы на тело, полезнее думать, что. психика поддерживает тело в, его зада­чах - справляться с болью и дискомфортом, залечивать раны и регенерировать ткани.

В следующем примере Тапани предлагает одному клиенту, страдающему от желудочных болей, идею, что психика и тело заботятся друг о друге.

Тело и психика как союзники

Пелле несколько месяцев страдал от гастрита. Боль и дискомфорт в абдо­минальной области были настолько остры, что болезнь всецело поглощала его, когда он не спал. Он был у многих врачей, а также народных целителей, вклю-



58

чая остеопата и иглотерапевта, с минимальными результатами. В итоге он при­шел к убеждению, что его проблема - психосоматическая. Во время телефон­ного разговоре с Пелле я сказал ему:



  • Вполне возможно, что ваша проблема - психосоматическая. Если это так,
    я хочу сказать вам, что я думаю о психосоматике. Мне нравится думать, что
    тело и психика - это друзья, предназначенные помогать друг другу.

  • Слежу за вашей мыслью, - ответил он.

  • Хорошо, тогда давайте предположим, что ваш разум использует ваш же­
    лудок для того, чтобы напомнить вам о чем-то. Например, нечто важное для
    вашего благоденствия в данный момент отсутствует в вашей жизни. Может быть,
    это что-то, чем вы пренебрегли, или какое-то ваше жизненное стремление, ко­
    торое вы забросили. Вообразим, что ваш желудок мог бы говорить, и вы могли
    бы у него спросить, что он хочет вам сказать. Как вы полагаете, что бы он
    сказал? Можете подумать об этом?

Позже я узнал, что Пелле продолжал считать свою проблему психосомати­ческой, но стал придерживаться мнения, что его желудок старается помочь ему. С помощью натуропата он постепенно выздоровел и избавился от своей про­блемы.

Если одновременно существуют две проблемы, терапевт может предложить план, в котором одна проблема используется для решения другой. Интересный пример на эту тему приведен у Клое Маданес. На одной из своих лекций она рассказывала о семье, в которой дочь страдала тяжелой анорексией, а отец не­прерывно предавался сильному пьянству. На первой сессии, состоявшейся на домашнем вызове, терапевту путем переговоров удалось выработать договор между отцом и дочерью, согласно которому дочь обещала начать есть, если отец прекратит пить, а отец обещал, что бросит пить, если дочь начнет есть. Это соглашение оказалось полезным для начала терапии дочери, которая иначе отказывалась лечиться.

Другой пример объединения двух проблем, давший плодотворные резуль­таты, известен как терапия испытанием (ordeal therapy). Этот подход первона­чально был описан Милтоном Эриксоном и впоследствии разработан Джеем Хейли (Haley, 1984). Это связано с заключением контракта с клиентом, кото­рый присоединяет дополнительную трудность к уже существующей проблеме. По контракту клиент дает согласие работать над добавленной задачей пропор­ционально проявлению существующей проблемы.

59


Психотерапевтическое консультирование

Создание и разрушение связей


Шерри и уборка

Несколько лет тому назад, когда я работал в должности директора нарколо­гической службы, я посетил женщину, которая после развода с мужем выпива­ла каждый вечер по бутылке шерри. Ее ничуть не беспокоило ее пьянство, она лишь жаловалась на то, что возвращаясь домой с работы, она застает в доме ужасный беспорядок, вид которого наполняет ее чувством собственной вины. Поговорив с ней некоторое время, я спросил, есть ли у нее желание выслушать мои предложения.

- Если вы хотите, чтобы я бросила пить, то не беспокойтесь, - сказала она.

— Нет, нет - отвечал я. - Если вы примете мое предложение, вы может про­


должать пить шерри, но вы наведете в доме чистоту. .

- Это мне подходит, - оживилась она.

— Хорошо, начиная с завтрашнего дня вы, как обычно, после работы идете
и покупаете вашу бутылку шерри. Вы приходите домой, наливаете себе стакан
шерри, садитесь и медленно его пьете. После того как закончите первый ста­
кан, вы занимаетесь уборкой в течение получаса. Теперь можно выпить второй
стакан шерри. После второго стакана вы снова занимаетесь уборкой четверть
часа и так далее до тех пор, пока не опустеет бутылка, или вам уже будет доста­
точно. Таким образом, вы не должны бросать пить, но и не будете страдать от
угрызений совести из-за запущенности в доме.

Она не только согласилась с этим планом, но и выполнила его. Когда в доме воцарились чистота и порядок, она приняла важное решение относитель­но своего бывшего мужа, которое до сих пор откладывала. Вскоре после этого она избавилась от своей вредной привычки к пьянству.

Из всех разнообразных способов увязывания проблем между собой одним из самых полезных является их видение в качестве помощников во взаимном разрешении.

В следующем примере, заимствованном из работы одного из семинаров Бена, данная идея используется в случае с девушкой-подростком, пришедшей на консультацию после того, как она подверглась изнасилованию.

Инцест и изнасилование

Терапевт обратился за советом в оказании помощи девушке, изнасилован­ной своим знакомым. После нескольких консультативных сессий девушка при-

60

зналась, что есть нечто, касающееся ее отца, о чем она пока не готова говорить. Ее заявление дало основание заподозрить, что она подверглась сексуальному насилию со стороны своего отца.



Подозрение об инцесте сместило фокус терапии с изнасилования на по­пытки исследовать вероятность инцеста.

Однако такой подход не нравился девушке. Несмотря на все усилия тера­певта, девушка не раскрывала дальнейшей информации относительно отца. Поскольку терапевт считал, что улик для обращения во властные органы по вопросам детства недостаточно, у него возникли затруднения по дальнейшему ведению этого дела. Мы предложили не объединять эти две проблемы - изна­силование и возможный инцест —и вовлекли участников семинара в разговор о^ том, как следует поступать в соответствии с вышеизложенным подходом.

В процессе дискуссии возникли следующие предложения. Терапевт имеет право отложить на время проблему о возможном инцесте и, продолжая концен­трировать внимание на помощи девушке, найти способ выхода из кризиса в связи с недавним изнасилованием. Если бы терапевту удалось помочь девушке решиться на встречу с молодым человеком, изнасиловавшим ее, полученный опыт придал бы ей смелости раскрыть возможный инцест. Некоторые участни­ки группы высказали предположение, что поскольку насильник был из-числа ее ровесников, была возможность, по крайней мере теоретически, провести сессию с участием девушки и мальчика, виновного в совершении сексуального преступления.

Возможность провести сессию, где они встретились бы лицом к лицу, и провести переговоры относительно того, как молодой человек мог бы иску­пить свою вину за причиненную боль, была бы полезна для обеих сторон. Те­рапевт с интересом принял эту позицию для последующих действий. Когда Ми увиделась с ним некоторое время спустя, он рассказал, что вскоре после сессии в нашей мастерской девушка признала, что ее отец совершил сексуальное на­силие в отношении нее, и что терапия продолжается.

С семьями, где имеются многочисленные проблемы, у профессионалов возникает соблазн соединить все проблемы вместе, так что каждая конкретная из них рассматривается как порождающая, подкрепляющая или усложняющая одна другую.

В следующем примере мать-одиночка испытывала большие трудности со своими двумя дочерьми-подростками. Вплоть до момента консультации мать и ее терапевт считали, что сестры плохо влияют друг на друга. Мы придержива-

61

Психотерапевтическое консультирование

Создание и разрушение связей


! ■

лись другого мнения, согласно которому наличие проблем у обеих сестер гово­рит о том, что они вполне способны помочь друг другу.

Пиа, Хейди и друзья

Социальный работник из дома краткосрочного проживания для подрост­ков (Дом) пригласила двух сестер, Пиа и Хейди, на наш семинар вместе с их матерью. Мать испытывала непреодолимые проблемы с этими двумя дочерь­ми, особенно с двенадцатилетней Пиа. Пиа прогуливала школу, употребляла алкоголь со своими друзьями, не возвращалась домой вовремя и часто отсут­ствовала всю ночь, не известив мать о том, где находится. С семнадцатилетней Хейди было не легче. Она постоянно скандалила с матерью и особенно с ее гражданским мужем. В семье была еще одна дочь, тринадцати лет, но ее пове­дение не вызывало никаких нареканий.

За три месяца до нашей встречи работник по делам детства и мать пришли к соглашению о том, что ситуация с Пиа и Хейди ухудшилась до такой степени, что девочки больше не могут жить дома. После этого сестры на какое-то время были помещены в Дом. По скольку 'девочки пробыли в Доме максимальный срок -три месяца - персонал Дома посчитал, что сестрам давно пора возвращаться к матери. Несмотря на то, что обеим девочкам пребывание в Доме понравилось, Пиа продолжала вести себя так же, как в своей семье. Она не соблюдала часов возвращения, и были ночи, когда она не приходила ночевать совсем. Мы пригла­сили членов семьи и социального работника пофантазировать на тему, что мож­но было бы считать хорошим результатом нашего разговора.,

Пиа сказала:



  • Мне разрешат вернуться домой.
    Хейди сказала:

  • Я смогу сама решить, куда идти.

Она объяснила, что у нее несколько альтернатив, а возвращаться к матери она и не думает. Ей бы хотелось переехать жить к отцу, переехать в семью дяди, или другой дом временного проживания для подростков, где она могла бы ра­ботать.

Мать сказала:

- Пиа должна осознать, что она в конце концов может вернуться домой, но
сперва она должна поехать в другой дом временного проживания. Пусть она
сначала изменит свои привычки, а уж после возвращается домой.

62 .


Пиа громко протестовала против перевода в другой дом. Социальный ра­ботник сказала:

  • Я согласна с матерью - Пиа должна понять, что ей придется провести
    еще какое-то время в другом учреждении прежде, чем она сможет вернуться
    домой.

  • Что ты скажешь, - обратился Тапани к Пиа, - если бы я стал твоим адво­
    катом и попытался убедить твою мать и социального работника разрешить тебе
    прямо отсюда поехать домой?

  • Это меня очень устраивает, - ответила Пиа, - потому что так или иначе, я
    не собираюсь ехать ни в какое заведение. Если меня заставят силой, я не буду
    соблюдать вообще никаких правил и останусь там навсегда!

  • Хорошо, тогда давай послушаем, что надо для того, чтобы ты могла по­
    ехать прямо домой без обязательного предварительного помещения в другой
    Дом, - сказал Тапани. Затем он обратился к матери с вопросом:

  • Возьмете ли вы Пиа домой на неделю испытательного срока, если персо­
    нал Дома сообщит вам, что у них не было никаких проблем с Пиа в течение,
    скажем, двух недель?

  • В том-то и проблема! Я знаю, что она не подчинялась правилам в Доме.

  • Хорошо, она не подчинялась до сих пор, - сказал Тапани. - Но давайте
    предположим - и это только мысленный эксперимент - что нам удалось при­
    думать план, который сработает настолько хорошо, что Пиа будет полностью
    соблюдать правила Дома. В этом случае вы бы взяли ее домой на испытатель­
    ный срок?

  • Да, если она вела бы себя прилично в течение двух недель, я бы, конечно,
    взяла ее домой на испытательный срок. Почему бы и нет? - сказала мать.

  • Сколько раз тебе говорить, что если мне разрешат вернуться домой, я
    буду соблюдать правила? - закричала Пиа.

  • Я не могу ей поверить, - объяснила мать. - Она столько раз давала обе­
    щания и никогда их не выполняла.

  • Пиа слушается вас? - спросил Тапани.

  • Нет, не слушается. Ей плевать на то, что я говорю, - отвечала мать.

  • Она больше прислушивается к своей старшей сестре? - продолжал Тапани.

  • Да, конечно, в этом и беда, ведь у Хейди точно те же проблемы, что и у
    нее, - сказала мать. -Хейди подает очень плохой пример Пиа. Они не должны
    быть вместе.

- Тебе никогда не удастся нас разлучить, - закричала Хейди негодующе.
Игнорируя конфликт, Тапани продолжал разговор с матерью:

63


Психотерапевтическое консультирование

Создание и разрушение связей


  • Итак, давайте предположим, что по той или иной причине сама Хейди
    прикажет Пиа соблюдать правила. Она послушает сестру?

  • Я знаю, что Пиа подчиняется Хейди, но поскольку сама Хейди продол­
    жает показывать дурной пример, я не думаю, что это могло бы сработать, -
    сказала мать.

  • Давайте предположим - не забывайте, что мы лишь фантазируем - что
    Хейди приказала своей сестре подчиняться правилам и изменила свое поведе­
    ние, стремясь быть хорошим примером для младшей сестры. Как вы думаете,
    сумела бы Хейди добиться того, чтобы Пиа изменила свои привычки?

  • Да, это бы помогло, - сказала мать.

В этот момент Тапани повернулся и сказал с лукавой искрой в глазах:

  • Какую ты просишь цену за то, чтобы принести в жертву свой теперешний
    стиль жизни и стать образцом для твоей младшей сестры?

  • Не нужно мне никакой платы. Я все сделаю, чтобы помочь своей сест­
    ре, — заявила Хейди.

В этот момент в дискуссию вступил Бен с намерением создать дополни­тельные ресурсы в социальном окружении Пиа.

- Пиа, могла бы ты назвать имена кого-то из твоих лучших друзей?

Пиа ответила без колебаний, назвав имена трех девочек и одного мальчика.


  • Хейди знакома с ними? - спросил Бен.

  • Я всех их знаю очень хорошо, - сказала Хейди.

  • Как ты думаешь, они захотят помочь Пиа?

  • Уверена, что захотят, - сказала Хейди.

  • Ну хорошо, - продолжил Тапани и обратился к социальному работнику -
    как насчет вас? Предположим, нам удастся найти способ помочь Пиа изме­
    ниться настолько, что она подчинится всем правилам. Согласитесь ли вы про­
    длить ее пребывание в Доме еще на две недели?

  • Мы не можем этого сделать, - заявила социальный работник. - Пиа
    переводится в другое учреждение в следующую среду. Мы посетили с ней
    это место на прошлой неделе. Это приятное место. У них там даже есть
    бассейн.

В следующий момент Пиа взорвалась. В тираде, приправленной впечатля­ющим набором слов, она недвусмысленно показала, что думает о переводе в другое учреждение. После короткого перерыва мы предложили использовать оставшееся время для размышлении о том, как помочь Пиа сделать пребыва­ние в другом учреждении насколько возможно коротким. Это предложение было принято всеми, включая Пиа.

64


  • Мое предложение, - сказал Бен, - состоит в том, чтобы мы пригласили
    Хейди и кого-то из друзей Пиа на другое собрание. На нем мы можем обсудить,
    как Хейди вместе с друзьями Пиа могут помочь Пиа вести себя настолько хо­
    рошо, чтобы ей было разрешено вернуться домой как можно скорее.

  • Хейди, как ты думаешь, захотят ли друзья Пиа прийти на такое собрание?

  • Думаю, захотят, - сказала Хейди.

  • Пиа, а ты присоединишься к нам? - спросил Бен.

  • Конечно, - сказала Пиа.

Тапани заметил, что мать как бы оставлена в стороне:

  • Давайте не забывать о маме. Вы придете ли?

  • Скорее нет. Я уже была на стольких собраниях... С меня хватит! - ответи­
    ла мать честно.

  • Мне кажется, что мы должны дать вам отпуск. Не думаете ли вы, что
    заслужили его? - сказал Бен.

  • Безусловно заслужила, - ответила мать. Мы закончили сессию, догово­
    рившись собраться через две недели.

Через две недели мы продели сессию с Хейди и двумя из друзьями Пиа. К этому времени Пиа переехала в другое учреждение и, по словам Хейди, была намерена навести в своей жизни порядок. Хейди объяснила, что Пиа не при­шла на собрание потому, что не хотела пропускать школу. Пиа улучшила отно­шения с матерью и даже с отчимом. Мы решили отреагировать на все эти хоро­шие новости, и послать Пиа ободряющее письмо: «Мы сидим здесь и разгова­риваем с твоей замечательной сестрой и очень симпатичными подружками. Мы узнали, что ты занялась собой и счастливы за тебя. Это прекрасно, что Tbj теперь ходишь в школу и помирилась с матерью и ее мужем. Тебе повезло, что у тебя есть мать, сестра и друзья, которые готовы поддержать тебя в трудную минуту. Мы желаем тебе всяческой удачи и в будущем».

_ Когда люди приходят на консультацию по поводу нескольких проблем, важ­но, рассматриваются ли эти проблемы как связанные между собой, и если это так, то как они связаны. В зависимости от этого у людей вырабатывается опре­деленный взгляд на свою ситуацию и формируются пути ее разрешения. Сам факт увязывания одной проблемы с другой или видение причинной связи меж­ду ними часто подавляет способность человека поддерживать собственный оптимизм и креативность.

При наличии многих трудностей видение каждой проблемы как независи­мого элемента, живущего своей жизнью, позволяет людям верить, что прогресс в работе над одной проблемой может быть полезен в разрешении другой.

Осторожная формулировка

Полуночный ковбой

Мы преподавали в группе людей, работавших добровольцами на телефоне доверия, организован­ном одной церковью. Проблема, представленная группой, была Связана с человеком, который звонил по горячей линии довольно регулярно. Он всегда зво­нил за несколько минут до полуночи, хотя прекрасно знал, что служба в полночь закрывается. Казалось, он всегда бывал несколько пьян и требовал, чтобы с ним разговаривали долго, иногда более часа. У него не было никакой конкретной проблемы, которую он мог бы предъявить, но он использовал это время для критики волонтеров, с которыми говорил в прошлый раз, и для туманных суицидных угроз, а иногда на­мекал, что собирается совершить убийство. Волон­теры, напуганные этим человеком, просили нашего , совета, как вести себя в этой ситуации. Мы предло­жили в качестве начала подобрать подходящее назва­ние для этой проблемы.


  • Какие слова вы использовали до сих пор, гово­
    ря об этой проблеме? - спросили мы.

  • Конкретно никаких. Мы просто называли его
    «агрессивный гость», - сказал руководитель службы.

  • Хорошо, но теперь давайте подберем новый
    термин, характеризующий его поведение, при этом
    термин этот должен быть таким, чтобы, если ваш кли­
    ент его услышит, он показался бы ему приятным.

После короткой дискуссии в малых группах, под­ходящее слово было найдено. Впредь этот человек будет называться «Полуночным ковбоем».

66

Осторожная формулировка



Имена, ярлыки и диагностические понятия - это более чем просто невин­ные термины, используемые применительно к конкретным проблемам. Это также и символы, выражающие убеждения и предположения о природе про­блемы. Символы относятся не только к наблюдаемому поведению, но и ко мно­жеству гипотез относительно таких важных вопросов, как тяжесть, течение, причинность и терапевтическое вмешательство.

Большинство терминов, даже чисто описательных и свободных от этиоло­гии, таких как термины, используемые в системе психиатрической классифика­ции, часто несут нагрузку предположений о причинности и способах лечения.

Даже обычные слова «расстройство», «нарушение», «дисфункция» и «пато­логия» вызывают образы ненормальности и недостаточности. Они порождают мысль о существовании какого-то изъяна и недвусмысленно намекают, что для разрешения этой проблемы необходимы люди со специальной подготовкой.

Ричард Белсон, семейный терапевт из Нью-Йорка, сообщает, что по завер­шении первоначальной оценки семьи с проблемным ребенком, он часто гово­рит родителям: «У вашего ребенка действительно есть проблема, с которой нужно«работать, но мне приятно отметить, что у него нет никаких нарушений». Оказалось, что такая форма описания ситуации приносит родителям облегче­ние. На много лучше иметь ребенка с проблемой, которая разрешима, чем иметь ребенка, страдающего нарушением, которое нужно лечить.

Выбрать конкретный термин, значит подписаться под легионом связанных с ним предположений. Слова, используемые в психиатрии и психологии (на­пример, нарушение идентичности, симбиотический психоз, глубокая депрес­сия) зачастую мало говорят, а иногда почти ничего не говорят об актуальной проблеме, но дают нам богатую почву для сомнений и страхов.

Распространенный диагностический термин «пограничное личностное расстройство» служит хорошим примером. В психиатрической литературе этот термин используется в различных аспектах, но для большинства психиатров он означает, что проблемы пациента являются симптомами относительно глу­боко скрытого нарушения личности. Принято считать, что это расстройство зародилось в детстве, что лечение его затруднено и требует значительного вре­мени, что для его коррекции необходима если не госпитализации, то, по край­ней мере, длительное психотерапевтическое лечение. Однако все человеческие проблемы можно «формулировать» и по-другому.

Например, существует много альтернативных описании и определений для типа проблем, которые могут быть обозначены в системе психиатрического лечения как «пограничное расстройство». Про человека можно просто сказать,

67

Психотерапевтическое консультирование



Осторожная формулировка


что он «испытывает беспокойство» или «переживает турбулентный период» (то есть период неуправляемости). Различные «формулировки» ведут к совершен­но разным способам подхода к проблеме (Efran and Heffher, 1991).

Депрессия - слово, обычно употребляемое для обозначения ситуаций, ког­да люди видят свою жизнь в пессимистическом свете и страдают отсутствием энергии для какой-либо деятельности. Есть много менее удручающих выраже­ний для описания проблемы этого типа. Обычно на английском говорят, что человек находится «в подавленном настроении» или в «состоянии уныния», однако такие образные выражения типа «сделать перерыв на инвентаризацию» или «собираться с силами» - могут быть более конструктивны.

Следующая иллюстрация, предоставленная Беном является наглядным примером творческого подхода к обозначению случая, традиционно именуе­мого депрессией.

Размышление

Однажды, когда мы с Тапани сидели вместе и писали, зазвонил телефон. Я взял трубку. Знакомая сообщила, что навестила свою сотрудницу, которая на­ходится в состоянии тяжелой депрессии и срочно нуждается в помощи психи­атра. На заднем плане был слышен голос плачущей женщины. Позвонившая сказала, что никто, к кому бы они не обращались, не знал, что делать.

Я попросил разрешения поговорить непосредственно с несчастной женщи­ной. С большими усилиями моей знакомой удалось уговорить ее подойти к теле­фону. Она объяснила, что не ходит на работу три недели и что недавно даже не могла встать с постели. Я спросил ее, показывалась ли она когда-нибудь психиат­ру, и она сказала, что три года назад по поводу аналогичного состояния она ходи­ла к психиатру, но этот визит разочаровал ее. По ее словам, психиатр не сделал ничего, кроме как дал ей рецепт и сказал, что ей надо - это соблюдать постель­ный режим и размышлять. Я попросил ее прерваться на минуту, пока я посовету­юсь с коллегой. Тапани, который слушал разговор по параллельному телефону, уловил слово «размышление».* С лукавым блеском в глазах он сказал: «Ну, если она в таком состоянии, то, очевидно, рано или поздно, что-то должно вылупить­ся. По крайне мере, именно так и происходит, когда куры высиживают яйца. Ты мог бы спросить ее, об этом?». Я вернулся к своему телефону:

' Broding (англ.) — размышление и высиживание.

68


  • Мой коллега и я оба заметили, что вы при описания своего состояния
    употребили слово «брудинг». У нас сложилось впечатление, что вы заняты
    высиживанием чего-то, что должно появиться на свет, как курица высиживает
    цыплят. Поэтому нам стало интересно узнать, что могли «высиживать» вы?
    Мы подумали, что это, возможно, какое-то важное решение, которое вы вот-
    вот примете или что-то в этом роде. Что вы об этом думаете?

  • Да, и я знаю, что это, - заверила она меня.

  • Пожалуйста, не говорите мне прямо сейчас, но мне очень интересно уз­
    нать об этом. Может быть, вы напишите мне об этом? Я обещаю ответить на
    ваше письмо.

Она обещала написать, и мы попрощались. Через несколько недель она сама позвонила мне. Извиняясь за то, что так и не написала обещанного пись­ма, она объяснила, что выздоровела и собирается вернуться на роботу. Она также сказала, что после нашего разговора приняла главное решение относи­тельно своей жизни. В течение нескольких лет она работала на пароходе и на­ходилась в связи с мужчиной, который плавал вместе с ней, имея мужа на бере­гу. Примерно два года назад она прекратила двойную жизнь, развелась с му­жем, но к великому разочарованию своего любовника, не вышла за него замуж и даже не переехала к нему жить. В результате начались конфликты, и отноше­ния между ней и ее любовником стали ухудшаться. Несколько дней назад она решила переехать к своему любимому. После принятия этого решения она сра­зу почувствовала облегчение.

Человека, который много пьет, не следует называть алкоголиком. Для дости­жения сотрудничества с таким человеком уместнее будет использовать более доброжелательное определение его состояния. Можно, например, сказать, что это человек «нуждающийся в ограничении алкоголя» или что он «выпивает лиш­него». В некоторых случаях хороши юмористические альтернативы; например, можно высказать предположение, что чрезмерно пьющего «одолел зеленый змий».

Хроническая шизофрения - это традиционный ярлык, зачастую обознача­ющий отклоняющееся или социально опасное поведение, диктуемое эксцент­ричными идеями. Стереотип, перегруженный пессимистическими обертона­ми, часто может быть заменен более приземленными описаниями, как то: «жиз­ненный тупик» (White, 1990). Так называемые психотические симптомы могут быть сформулированы как «странные мысли», «погружение в мечты», «обще­ние с привидениями», «суеверный страх» или «смертельный испуг», в зависи­мости от природы актуальной проблемы.

69


Психотерапевтическое консультирование

Осторожная формулировка


I

11
Следующий пример - это описание интервью, которое нас пригласили про­вести в детской психиатрической больнице во время первого приезда в Санкт-Петербург. Он показывает, как замена чисто психиатрических ярлыков на обыч­ные фразы, взятые из повседневной речи, могут помочь людям в поиске реше­ния. Стоит упомянуть, что в глобальной практике принято именовать психоти­ческие проявления в качестве симптомов биологических нарушений мозга.

Дикие фантазии

Юрий, двенадцатилетний мальчик, был недавно госпитализирован в связи с навязчивыми идеями. Он утверждал, что его посещают видения и он слышит голоса. Например, он неоднократно получал послания от инопланетян и од­нажды в туалете видел настоящего дракона.

Один из психиатров пригласил нас побеседовать с Юрием, у которого, в свою очередь, было сильное желание поговорить с нами. Юрий оказался раз­говорчивым и сообразительным мальчиком. Он с готовностью отвечал на все наши вопросы, подтверждая, что инопланетяне разговаривают с ним почти постоянно и объяснял, что голоса, которые он слышит, постепенно становятся несносными.

Тапани сказал ему через переводчика:

- Может быть, тебе будет интересно узнать, что в нашей стране есть дети с точно такими же проблемами, как у тебя. Например, я однажды встретил маль­чика, который в ужасе просыпался каждую ночь, потому что существа с другой планеты вторгались в его комнату. Когда я встретился с мальчиком и его семь­ей, я сказал им, что подозреваю, что эти существа в действительности хотели поиграть с мальчиком. Однако поскольку эти существа прибыли с другой пла­неты, они не понимали разницы между ночью и днем и поэтому явились в не­подходящее время. Мы договорились, что в следующий вечер мальчик оставит свои игрушки и книжки на полу, чтобы когда существа снова появятся, они могли бы молча поиграть и им не пришлось бы будить его. План сработал, и существа перестали беспокоить мальчика.

Юрий внимательно слушал переводчика и, по-видимому, эта история его очень заинтересовала. Затем мы спросили Юрия, придумал ли он сам какие-нибудь способы избавиться от этих голосов. Мы сказали, что нам интересно увезти с собой в Финляндию его решения, чтобы его практические идеи могли пойти на пользу другим детям с аналогичными проблемами.

70

-Я убедился, если я сплю днем, то это помогает, - сказал Юрий.



  • Как интересно, - отметили мы и стали узнавать подробности:

  • Важно действительно спать, или достаточно просто лечь и расслабиться?

  • Нет, нельзя просто лечь полежать, - объяснил Юрий деловым тоном. Вы
    должны уснуть по-настоящему.

  • И как долго надо спать? - спросили мы.

  • Два часа, - сказал Юрий.

Мы поблагодарили Юрия за информацию. Тапани объяснил, что, как пока­зывает его опыт, инопланетяне начинают беспокоить людей, когда им нужно сообщить человеку что-то очень важное.

- Когда они убедятся в том, что ты понял то, чему они хотели тебя научить,


они уйдут и оставят тебя в покое, - сказал Тапани.

Юрий согласился с этим и сказал:



  • Я уже знаю, чему они хотят научить меня.

  • Это очень хорошо, что знаешь, но ты не должен говорить об этом нам
    прямо сейчас. Поговори об этом потом с твоим доктором.

Юрий согласился, мы поблагодарили друг друга, и он был отведен в свою палату медсестрой.

Потом мы говорили о Юрии с его психиатром. Он объяснил нам, что сим­птомы Юрия указывают на детскую шизофрению, и что он планировал прове­сти с мальчиком антипсихотическое медикаментозное лечение. Бен сказал на­прямик:



  • Мы предпочитаем называть проблемы такого рода «дикими фантазиями».

  • Я понимаю вас, - сказал психиатр, - но как мы можем узнать навернялка,
    это шизофрения или «дикие фантазии»? Согласен, что ваш подход может быть
    применен для лечения диких фантазий, но шизофрения требует медикаментоз­
    ного лечения.

  • Вы правы, - Бен постарался быть более деликатным. - Вопрос диффе­
    ренциального диагноза очень важен; иногда трудно провести различие между
    этими двумя формами. Обычно мы начинаем с предположения, что проблемы
    такого рода вызваны буйным воображением, и пытаемся разрешить их, исполь­
    зуя креативные техники. Только после того, как не удается достичь положи­
    тельных результатов с помощью этого подхода, мы рассматриваем диагноз
    шизофрении.

Психиатр согласился с таким подходом к дифференциальному диагнозу, и встреча была закончена. Потом мы узнали от психолога, организовавшего наше посещение больницы, что после нашего визита состояние Юрия определено

71


Психотерапевтическое консультирование

Осторожная формулировка


как «летучая фантазия» (flying imagination). Ему не назначалось медикаментоз­ного лечения, и терапия приняла форму, предложенную нами. Домой он был выписан уже недели через две.

Многие психологические термины и выражения, не говоря уж о диагности­ческих ярлыках, предполагают, что проблемы являются глубинными, стойкими и трудноизлечимыми. На слуху такие термины, как «слабое эго», «гиперактив­ность», «психопат», «антисоциальная личность», «конформная личность», «ал­коголик», «наркоман», «невротик», «шизофреник», «маниакально-депрессивный», «аутистический», «низкая самооценка», «нарциссизм», «симбиоз». Ярлык «сла­бое эго» или «слабость эго», часто применяемый в детской психиатрии, по край­ней мере, в нашей стране, - хорошая иллюстрация диагностического ярлыка, определяющего проблемы ребенка как острые и стойкие. Однажды Бен читал лекцию для группы преподавателей из системы специального образования. Речь шла об использовании творческого подхода к оказанию психологической помо­щи в решении детских проблем. Ближе к концу лекции одна из участниц сказала: «То, о чем вы говорите, представляется мне вполне разумным, но что вы делаете в случаях, когда ребенок обладает таким слабым эго, что сквозь него все вытека­ет, как из сита?» Она продолжила объяснение: «В настоящее время я работаю с мальчиком, который застенчив и абсолютно безынициативен. Однажды я попро­сила учеников нарисовать животное, которое, по их мнению, больше всего на них похоже. Этот мальчик нарисовал тигра, а это прямая противоположность тому, чем он является в действительности».

Началась дискуссия о роли этого тигра; выяснилось, что тигра можно ин­терпретировать либо как идеальный образ, каким мальчик хотел бы быть, но знает, что он не такой; либо как символ подлинной личности мальчика. Соглас­но последнему мнению, внутри мальчика живет дремлющий тигр, но по той или иной причине он не хочет, чтобы кто-либо знал об этом. С тех пор метафо­ра со спящим тигром служила нам напоминанием о важности использования такого языка, который бы подчеркивал потенциал человека, а не его слабости.

Понятие «слабость эго» родственно понятию «раннее нарушение». Этот диагностический термин зародился в недрах психодинамической детской пси­хиатрии. Термин широко применялся, не только в психологической или психи­атрической среде, но и в общеобразовательной системе. «Раннее нарушение» относится к психоаналитическим явлениям, которые зарождаются в младенче­стве, конкретнее, в ранних взаимоотношениях между ребенком и лицом, на попечении которого он находится, обычно матерью. Концепция подразумевает возложение вины на мать и предполагает глубинность этих проблем.



72

Когда клиенты или специалисты говорят о проблемах, употребляя такие грозные стереотипы, как «раннее нарушение» или «слабость эго», может ока­заться полезным предложить замену таких терминов менее патологичными. Однако, противостояние экспертным диагностическим терминам - дело нелег­кое. Мы пришли к выводу, что в таких случаях юмор часто более успешен, чем разумные доводы. Вместо слов «Я не считаю уместным говорить, что у этого ребенка есть раннее нарушение», удачнее будет сказать: «О, да это просто уда­ча, ведь люди с таким диагнозом особенно хорошо разбираются в своих про­блемах», или: «Нас таких двое!»

Аббревиатура MBD (Minimal Brain Disfunkcion - минимальная мозговая дисфункция) стала широко распространенным диагнозов в ряде европейских стран подобно популярности ADD (Attention Deficit Disorder - нарушение, свя­занное с расстройством внимания) в США. MBD был введен медицинскими экспертами для обозначения детей, проявляющих слабые, но многочисленные неврологические признаки, например, неуклюжесть, плохую координацию, трудности в обучении, отвлекаемость и пограничные отклонения в ЭЭГ. Дети с такими проблемами часто проявляли поведенческие проблемы, когда не было особых причин подозревать стоящую за этим неврологическую дисфункцию.

Есть своя положительная сторона в связывании поведенческих проблем ребенка с симптоматикой MBD или любым другим мозговым дефектом, как, например, с умственной отсталостью. Такой взгляд помогает родителям не впасть в самообвинения и побудить их быть более терпеливыми с ребенком. Недостатком же объяснений поведения ребенка его мозговой дисфункцией яв­ляется то, что это часто препятствует реальному поиску решений проблемы. Когда родителям или учителям заявляют, что поведенческая проблема ребенка обусловлена стоящим за ней мозговым дефектом, они часто бывают этим де­морализованы и теряют естественную способность искать выход. Например, Тапани однажды встречался с отцом, совершенно неспособным совладать со своим восьмилетним мальчиком, которому был поставлен диагноз MBD. Когда отца спросили, что бы он делал, если бы диагноза не было, он сказал, что по­ступал бы с ним так же, как со своим старшим сыном. Когда же его спросили, как ему удается справляться со старшим сыном, он ответил: «Я просто хватаю его и держу у себя на коленях, пока он не успокоится».

Мы поняли, что вместо того, чтобы опротестовывать точность или право­мерность диагноза MBD, зачастую более полезно помочь людям изменить свое мнение относительно его. Для этой цели мы «отчеканили» новое определение для МВС. Теперь аббревиатура расшифровывается как «Максимальная Мозго-

73

Психотерапевтическое консультирование

Осторожная формулировка


вая Способность» (Maximal Brain Capacity) - нечто, чем обладают все дети с «минимальной мозговой дисфункцией». Многие диагностические термины предполагают существование некого расстройства, на которое возлагается от­ветственность за выявленные у человека проблемы. Это особенно верно в от­ношении терминов, включающих понятие латентности, такие как «латентная гомосексуальность», «латентная шизофрения», «скрытая депрессия», «подав­ленная агрессия», «неутоленная печаль» и т. д.

Заявления о том, что у людей имеются латентные или дремлющие до поры до времени проблемы, могут сыграть роль провокации. Например, доктор-те­рапевт полагает, что проблемы пациента характерны для «скрытой депрессии». Для того чтобы проверить свою гипотезу, доктор будет задавать вопросы о се­рьезных трудностях в жизни пациента. По мере того, как разговор все более фокусируется на неприятностях, пациент становится печальным. Эта совер­шенно адекватная реакция на вопросы доктора может в дальнейшем интерпре­тироваться как доказательство, подтверждение первоначальной гипотезы.

К счастью, атрибуция латентных позитивных качеств также имеет свой­ство самоосуществления. Наш коллега Эро Рииконен придумал понятие «спя­щая радость». Эта новинка диагностической категории хорошо помогает чело­веку сконцентрироваться на своих возможностях, а не на проблемах.

Латентная радость

Мария обратилась за консультацией в связи с чувством пустоты и депресси­ей. Когда она пришла, то рассказала мне о своих обстоятельствах, чтобы я лучше почувствовал ее теперешнее состояние безнадежности. Она объяснила, что ра­ботала дизайнером в одной большой фирме, занятой производством одежды. Однако в последнее время данная отрасль промышленности находилась в состо­янии экономического кризиса, и многие фирмы закрывались. Служащие этой отрасли, дизайнеры в особенности, жили под почти нестерпимым давлением.

Но Мария испытывала еще и семейные трудности. Затем я спросил, како­вы ее надежды на будущее. Она сказала, помимо прочих вещей, что годами стремилась посвящать больше времени живописи. Я заметил, что Мария была одета во все черное, и спросил ее об этом:



  • Как давно вы носите черное?

  • Мне кажется, что я всегда ходила на работу в черном, - сказала она.

  • Цвет вашей одежды, казалось бы, отражает то, как вы себя чувствуете, не так ли?

74 . ■ . ■ '


  • Да, это так, но это непреднамеренно. Большинство дизайнеров носят чер­
    ное, - объяснила она.

  • Вы знаете, когда я смотрю на вашу внешность, она отражает ваше на­
    строение, но когда я прислушиваюсь к вашей манере говорить, я слышу совсем
    другие чувства. Я ощущаю, что где-то в глубине - вы человек радостный. Мо­
    жет ли так быть, что ваша радость просто дремлет, как если бы вы страдали,
    тем, что один из моих коллег называет «латентной радостью»?.

  • Может быть... Раньше я была веселая.

  • Есть способ проверить это. Вы могли бы начать носить более колорит-1
    ную одежду и посмотреть, что произойдет. Как вы думаете? - спросил я.

  • Нет, мне нравится ходить в черном, это мой стиль, - возразила она.

  • Понимаю ... а белье вы тоже носите черное? - спросил я.

  • В общем-то, да, - призналась она.

  • В таком случае, вы могли бы начать носить белье ярких цветов, и никто
    ничего бы не заметил. В конце концов, люди не видят и вашей латентной радости.

Я встречался с Марией еще четыре раза на протяжении полугода. Через двенадцать месяцев после последней сессии я получил приглашение в художе­ственную галерею. К пригласительному билету была приложена записка: «Добро пожаловать на мою выставку! Я хочу, чтобы вы выбрали для себя картину, и не в качестве гонорара за услуги, а как сувенир, потому что я, кажется, наконец-то нашла свою латентную радость».

Однажды Бен был приглашен провести беседу с персоналом_одной психи­атрической больницы о том, как улучшить сотрудничество с семьями пациен­тов. Он объяснил персоналу, что многие психиатрические ярлыки подразуме­вают, что проблемы исходят от семьи, тем самым, подвергая риску успешное сотрудничество. После оценки недостатков, связанных с использованием ди­агностического термина «пограничное расстройство личности», Бен спросил собравшихся, какой диагноз наиболее часто используется в их отделении. Вы­яснилось, что это «кризис обретения независимости».

Бен спросил, какие существуют объяснения для трудностей, возникающих у паци­ентов в процессе обретения независимости от своих семей. Оказалось, что чаще всего родители пациентов вмешиваются в их естественный рост. Очень часто матери паци­ентов проявляли излишнее покровительство или выказывали излишнее участие.

- Хорошо, если большинство наших терминов подразумевают осуждение,


есть ли альтернатива? Какие же тогда термины мы должны употреблять для
этих проблем? - спросил кто-то из группы.

75

Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения


  • Честно говоря, я не знаю, - сказал Бен и попросил помощи у группы.
    После паузы одна медсестра сказала:

  • Может быть, мы можем говорить о «поиске» или «поиске направления в
    жизни». Группа согласилась.

К счастью, терапевты не несут ответственность за подбор конструктивных слов и выражений для обозначения проблем; клиенты сами нередко выдвига­ют отличные предложения. Например, однажды мы консультировали пару, пе­реживавшую двухлетний период бурных разногласий. Когда их спросили, ка­кое «прозвище» могли бы они придумать для того, чтобы характеризовать тур­булентный период их жизни, они совещались некоторое время, а затем назвали его «партизанский период». Мы слабо протестовали, напомнив им, что слово «партизанский» ассоциируется с «войной», но супруги настаивали на своем выборе. После сессии мы узнали от их терапевта, что эти люди в прошлом были политическими активистами, для которых определение «партизан» име­ет положительные ассоциации и связано с революцией и прогрессом.

Итак, мы видим, что терминология, напоминающая о патологии, может иметь самые разнообразные негативные последствия. Однако, нужно иметь в виду, что люди могут быть не так ранимы под воздействием наших слов, как мы могли того ожидать. Мы осознали это на улицах Будапешта, во время учас­тия в Европейской конференции по семейной терапии. Группа участников кон­ференции в один из вечеров решила посетить рок клуб, чтобы послушать мес­тный оркестр. Когда мы пришли в клуб, к общему разочарованию выяснилось, что он закрыт. Перед входом мы разговорились с молодой венгерской парой, которая тоже пришла туда напрасно. Они пригласили нас пойти вместе с ними в другой клуб, и мы с готовностью приняли приглашение.

Пока мы шли, молодой человек, говоривший по-английски, рассказал нам, что он музыкант и только что вернулся из европейского турне. Бен объяснил, что мы - группа психиатров, психологов, социальных работников и прочих специалистов из разных стран и приехали в Будапешт на конференцию по пси­хотерапии. Молодой человек оживился и рассказал о собственном опыте. Он сказал, что какое-то время назад он прошел курс психиатрического лече­ния, и доктора пришли к заключению, что у него - пограничное расстройство личности. Бен, горячий оппонент этого диагноза, сказал: «О, я не верю, что вы - пограничный. Фактически, вся эта концепция спорная и многие специа­листы, работающие в нашей сфере, вообще в нее не верят. Молодой человек после некоторого раздумья пожал плечами и понимающе сказал: «Да, конечно, ведь психиатрия пока еще молодая дисциплина».

Сознательный Петри

Петри ходил в первый класс и имел славу заби­яки в группе продленного дня, где он ежедневно за­нимался. У него была ужасная привычка не только постоянно дразнить младших детей, но и бить их. Учителя лишь беспомощно разводили руками, и сделать ничего не могли. Они требовали, чтобы Пет­ри был переведен в специальную школу для детей с отклонениями в поведении. Учителя обратились в местную клинику, где Синикке, социальному работ­нику, участнице нашей тренинговой группы, было поручено установить контакт с семьей Петри. Пос­ле нескольких встреч с семьей, не приведших к сколько-нибудь значительному прогрессу, Синикка решила пригласить эту семью на наш семинар.

Семинар начался со вступительных слов Си-никки. Она познакомила тренинговую группу с членами семьи мальчика и кратко объяснила про­блему. Затем мы открыли дискуссию, задав Синик­ке вопрос, что, по ее мнению, является причиной проблемы. Она объяснила, что за последний год мать так много работала, что не имела ни времени, ни сил, чтобы уделить Петри столько внимания, сколько ему было нужно.

Это традиционное объяснение, однако, не помог­ло разрешению проблемы, и мы предположили, что оно не принесет матери чувства душевного комфорта.

Тем не менее, когда мы спросили у матери, в чем, по ее мнению, причина проблемы, она согла­силась с Синиккой. Мать стала говорить о том, как часто ей приходится работать сверхурочно и по-



77

Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения


этому по вечерам она чувствует себя настолько измученной, что у нее не хвата­ет терпения в общении с детьми. Она также сказала, что решила уменьшить часы сверхурочной работы, даже если это поставит под угрозу ее карьеру.

Затем мы обратились к Петри, который внимательно прислушивался к дис­куссии, как обычно делают дети, когда они могут понять то, о чем говорится.

- Что ты скажешь, Петри? Ты бьешь других детей, потому что у мамы не­
достаточно времени для тебя?

Петри выглядел озадаченно и смог сказать только:



  • В чем же может быть виновата мама, если я бью других детей?

  • Тогда чья же это вина? - спросили мы.

  • Это моя собственная вина, - сказал он.

  • Что же тогда делать?

  • Меня надо наказать.

  • И кто должен тебя наказать?

  • Мама, - сказал Петри в своей обычной деловой манере.

  • Как же она должна тебя наказать?

' - Меня нужно побить так же сильно, как я бью других.

  • Но это неправильно, - возразили мы.

  • Это неважно, - сказал Петри.

  • Нет, важно, - мягко заметили мы. - Люди из службы по правам детей
    могу прийти и ругать твою маму, если узнают, что она пытается решить эту
    проблему, просто тебя отшлепав.

-Я им все объясню, если они придут, - сказал Петри так обаятельно, что группа не могла удержаться от смеха.

После этого мы спросили Синикку и мать, не откажутся ли они от идеи, что проблемы Петри возникли из-за матери.

- Не согласитесь ли вы обсудить вероятность того, что эти две проблемы -
драчливость Петри и перегруженность его матери - между собой не связаны?

И обе женщины, и мать, и Синикка, приветствовали это мнение. Тогда мы разделили тренинговую группу на несколько малых групп и поручили каждой из них дать рекомендации по поводу того, как можно разрешить эти проблемы. Примерно через четверть часа команды вновь собрались, чтобы обсудить свои предложения. В итоге все пришли к соглашению о том, что Синикка, мать и Петри вместе должны поговорить с учителями мальчика. Они должны расска­зать учителям о том, как Петри сам заявил, что лучший способ заставить его прекратить обижать маленьких - хорошо его наказать. Было предложено заме­нить традиционное наказание искуплением в той или иной форме, где Петри



78

должен будет сделать что-то хорошее, чтобы расплатиться за все плохое, что он совершил. Это предложение было принято всеми. Синикка отметила, что учи­теля в центре продленного дня - очень милые люди и, вероятно, пойдут на­встречу. Мы закончили сессию и пожелали всем удачи в их нелегком предпри­ятии. Впоследствии мы узнали от Синикки, что встреча состоялась и привела к успешному разрешению конфликта.

Работая по методу ориентации на решение, фокусирование терапевтичес­ких бесед должно быть нацелено в будущее, а объяснению и интерпретации проблем следует уделять минимум внимания или вовсе не останавливаться на них. В реальности, однако, какая-то степень объяснения неизбежна. Людям хочется узнать причины своих проблем, и специалисты, даже если они наме­ренно игнорируют эту тему, не могут уклониться от того, чтобы сообщить свои интерпретации. Уже даже то, какие слова мы выбираем, какие вопросы задаем, что предлагаем, - само по себе содержит элементы объяснения.

Объяснения проблем как таковых, в значительной степени, предполагают способ их разрешения. Например, объяснение проблемы ребенка через семей­ную дисфункцию направляет терапевта по пути, предполагающем конкретную работу с этой дисфункцией. Здесь уместен пример племен, которые традицион­но верят, что причина их несчастий - гнев предка, поэтому они стараются найти способ этого предка задобрить. Наш способ объяснения проблем и действия, предпринимаемые нами для их разрешения, тесно взаимосвязаны. Не только конкретное объяснение приводит к определенным типам решений, но и конкрет­ные решения отражают определенные типы объяснений. Изменение способа объяснения проблемы, со всей вероятностью повлечет за собой изменение спо­соба, при помощи которого мы попытаемся ее разрешить, и наоборот.

Объяснения различаются по степени приписывания вины и по тяжести чув­ства стыда. Поэтому некоторые объяснения лучше других создают благоприят­ную обстановку для сотрудничества и творчества. Когда выясняется, что исполь­зуемые объяснения мешают поиску решений, полезно заменить их новыми.

Существует множество способов, чтобы описать какую-либо составляю­щую поведения.

Например, если отец не приходит вместе с семьей на психотерапевтичес­кую сессию, несмотря на специальное приглашение, его поведение можно объяснить по-разному. Можно предположить, что он недостаточно любит свою семью, что он боится, что терапевт обвинит его, или что он действительно очень занят.

79

Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения


Разные объяснения вызывают разные эмоциональные и поведенческие ре­акции; некоторые из этих реакций с большой вероятностью усилят сотрудни­чество и, тем самым, будут содействовать появлению прогресса.

В следующем примере, взятом из нашей практики, матери, возмущенной по­ведением дочери, было предложено свежее объяснение такого поведения. Что и помогло матери отнестись к своей дочери с большим сочувствием и пониманием.

Социальный работник-подросток

Силья столкнулась с непреодолимой проблемой в общении со своей 16-летней дочерью Ниной. Нина с самого раннего детства страдала диабетом, но в остальном не доставляла матери никаких хлопот. С тех пор как Нина начала встречаться с 18-летним Риком несколько месяцев тому назад, произошла рез­кая перемена в ее поведении. Силье Рик не нравился, так как он не ладил со своими родителями, не ходил в школу и не работал. Силья подозревала, что он балуется наркотиками. Однажды вечером, Нина и Рик сидели в ее комнате и целовались. Становилось поздно. Силья зашла в комнату и сказала, что Рику пора уходить. Рик заявил, что намеревается остаться на ночь. Однако, мать на­стаивала, в итоге спор закончился тем, что Нина собрала сумку и исчезла в ночи с Риком.

Этот инцидент сильно расстроил Силью, не только потому, что она не име­ла представления, куда эти двое ушли. Мать тревожило, что Нина не позабо­тится должным образом о "своем диабете. Через два дня Силья говорила по телефону с родителями Рика, которые утверждали, что понятия не имеют, где может быть Нина. Силья не поверила и позвонила в полицию, а они пришли в дом Рика. Нину благополучно нашли и привезли домой, но на следующий день она опять была в семье Рика. Силья настаивала, чтобы Нина немедленно вер­нулась, но та отказалась наотрез. Все это происшествие было неимоверным ударом для Сильи, которая, понятно, была зла не только на свою дочь, но и на Рика, и его родителей. Выслушав Силью, мы предположили, что Нина чувству­ет себя загнанной в угол. Пока Силья не примирится с Риком, Нине ничего не остается, как защищать его. Силья сказала:

-Я это понимаю, но не убеждайте меня стать другом Рику и его семейству.

Ей казалось невозможным думать о примирении с людьми, которые, как она считала, предали ее. Мы решили предложить Силье более позитивный взгляд на недавнее поведение ее дочери. Тапани спросил:

80


  • Скажите мне, у вашей дочери доброе сердце?... Заботится ли она о дру­
    гих, окажется ли способной поддержать других в трудную минуту?

  • Да, она всегда была такая; Она очень заботливая девочка, поэтому я и не
    могу понять, почему она так себя ведет.

Тапани продолжил:

  • Насколько я понимаю, у Рика имеется ряд проблем?

  • Да, правильно. Его родители даже попытались выгнать его из дома, -
    подтвердила Силья.

  • Вы знаете, я заметил, что иногда девочки определенного возраста нахо­
    дят кого-то, кому нужна помощь, и самозабвенно заботятся о нем, - сказал Та­
    пани. - Может быть, это именно то, что случилось с Ниной? Возможно, она
    взяла его под свое крыло?

Бен поддержал коллегу:

  • По-видимому, Нина нравится родителям Рика и фактически помогла Рику
    наладить с ними отношения?

  • Это правда. По словам его родителей, Нина и Рик теперь посещают шко­
    лу. Так что, может быть, она действительно заботится о нем, - сказала Силья.

  • Возможно, когда подростки берут на себя роль «социального работника»
    они посвящают себя этому настолько глубоко, что ставят эту миссию превыше
    своей семьи, - сказал Бен.

  • Думаю, ваша дочь знает, что мальчики приходят и уходят, а матери оста­
    ются навсегда, - продолжил Тапани.

Мы рекомендовали Силье вместе с Ниной обсудить ситуацию в рамках этой новой линии. Она приняла предложение, сессия завершилась. Спустя месяц мы узнали об этом случае от подруги Сильи, которая и пригласила ее на кон­сультацию. Она сказала, что через несколько дней после той сессии Силья го­ворила по телефону с Ниной. Она придерживалась наших рекомендаций и ска­зала, что до сих пор не могла понять, как это много значило для Нины - помочь Рику. После этого разговора лед растаял. На другой день, когда Силья верну­лась с работы, она поняла, что в ее отсутствие Нина побывала дома. Она приго­товила кофейник с горячим кофе и бутерброды для Сильи и оставила теплую записку. Этот жест был началом воссоединения матери и дочери. Вскоре Нина переехала домой, и Силья больше не волновалась из-за этой ситуации, даже несмотря на то, что Нина продолжала видеться с Риком.

Для того, чтобы объяснения были полезными, они не обязательно должны ка­заться традиционными или разумными. Необычные, воображаемые объяснения зачастую являются отличными катализаторами в процессе выработки решения.

81

Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения


В следующем примере Тапани предлагает воображаемое объяснение для того, чтобы помочь одному из членов нашей группы найти новые пути для работы со стойким супружеским конфликтом.

Буфетная дверка

Одна из участниц нашей тренинговой группы рассказала, что они с мужем почти ежедневно ссорятся из-за буфетной дверки. У нее есть привычка остав­лять дверцу открытой, и эта открытая дверца раздражает мужа. Когда он начи­нает жаловаться, она возражает, и обмен резкостями вскоре перерастает в на­стоящий скандал Я спросил, чего она хочет: научиться не забывать закрывать эту дверь или чтобы муж перестал придираться. Она объяснила, что причина всей этой проблемы - в непреклонной любви мужа к порядку, что является ха­рактерной чертой всего его семейства. Она ждала от нас идей о том, как она может изменить своего мужа.

После того, как мы некоторое время обсуждали ее ситуацию в группе, я предложил, чтобы она рассказала мужу, что обсуждала свою привычку остав­лять дверцу открытой с тренинговой группой, в которую входят многие опыт­ные психологи. И, по мнению группы, эта самая снова и снова открытая дверка буфета в действительности является «подсознательным» или, возможно, даже «предсознательным» символическим жестом, означающим готовность жены заниматься сексом со своим мужем. В этот момент наша коллега как будто даже испугалась столь неожиданного объяснениея, но, обладая открытым умом, она рассмеялась и приняла задание. Когда та же группа собралась через две неде­ли, та самая участница рассказала нам, что между нею и мужем больше не было споров по поводу буфетной дверки. Нам всем стало интересно узнать, что же произошло. Оказывается муж сказал, что более безумной вещи он еще никогда не слышал.

-И...?

- Так вот, с тех пор, как только я оставляю дверцу открытой, он вовсе ниче­го не говорит. Он просто закрывает ее сам.



Мы все рассмеялись.

Следующая история, которую поведал Бен, является еще одним приме­ром использования творческих объяснений, имеющих небольшой нелет эро­тичности.

82

Высокая потенция



Однажды я и еще четверо специалистов в области психического здоровья были участниками прямого эфира на радио. Мы отвечали на телефонные звон­ки слушателей, спрашивавших о страхах и фобиях. Одним из позвонивших был молодой человек, который сообщил, что страдает «неврозом кофейной чашки». Это очень меткий непрофессиональный термин для обозначения того, что в психиатрии называется «социальная фобия» - достаточно распростра­ненной проблемы, часто выражающейся в дрожании рук, когда человек пьет кофе в общественном месте, или в присутствии других людей.

После того, как коллеги высказали свои рациональные объяснения и-пред-ложения, Бен изрек: «Согласно самым последним исследовательским данным эта проблема непосредственно связана с высоким уровнем сексуальной по­тенции.» На несколько секунд наступило молчание, а потом послышался сдав­ленный смех звонившего. «В этом нет ничего смешного», - серьезным тоном продолжал Бен. - «В Соединенных Штатах люди стремятся получить лече­ние, так как они обеспокоены тем, что их невроз кофейной чашки постепен­но угасает».

Такое объяснение явно развеселило звонившего, и во время краткой дис­куссии, проведенной группой ведущих в студии после прямого эфира все при­шли к единому выводу, что в сфере психического здоровья есть место для боль­шего юмора.

Следующий пример показывает, что использование креативных объясне­ний не ограничивается лишь относительно легкими случаями. В следующем примере семье было предложено позитивное объяснение в связи с суицидной попыткой дочери.

Опасный способ постижения философии

Я работал с Труппой врачей одной больницы. Однажды утром меня попро­сили провести интервью с Сини, семнадцатилетней девушкой, которую сопро­вождали родители.

Несколько дней назад Сини попыталась покончить с собой, приняв сверх­дозу транквилизаторов. Услышав, что произошло, я спросил родителей, поче­му, по их мнению, Сини приняла таблетки. Мне хотелось выяснить, считают ли родители девушки, что это их вина.

83


11

I I I


Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения




I .

!

Родители во всем обвиняли только себя. Они говорили, например: «Мы не уделяли ей должного внимания», «мы просмотрели ее трудности» и «мы не воспринимали ее проблемы всерьез». Тогда я обратился к Сини, которая, судя по ее выражению лица, была не согласна с родителями. Я спросил, как она это объясняет, но она промолчала. Я принял ее реакцию и сказал:



  • Возможно, это хорошо, что ты пока держишь свои объяснения при себе.
    Затем я продолжил:

  • Сини, у меня есть догадка, почему ты это сделала. Хочешь ее послушать?

  • Да, - сказала Сини.

- У меня такое чувство, что у тебя философский склад ума. Я имею в виду,
что ты любишь думать о смысле жизни и прочих подобных вещах. Я прав?

Сини улыбнулась и казалось, ей было приятно слышать, как я ее охаракте­ризовал. Ее родители подтвердили, что я прав. Они сказали, что Сини любит поэзию и получает удовольствие от чтения серьезной литературы.

Я продолжал:

- Мое объяснение твоей попытки самоубийства состоит в том, что ты, по


той или иной причине, хотела научить своих родителей какой-то важной исти­
не о жизни, чему-то, что ты сама поняла и хотела передать им. Это не такая уж
и плохая идея... я хочу сказать, чтобы дети учили своих родителей философии
жизни. Но способ обучения, который ты выбрала, был, безусловно, не лучшим-.
Он мог стоить тебе жизни.

Родители одобрили мое объяснение и, судя по лицу Сини, ей оно тоже по­


нравилось. ,

  • Знаешь, Сини, - предположил я, - существуют более безопасные спосо­
    бы просвещения родителей. Например, почему бы тебе не написать сказку для
    родителей, историю, которая символически изображает те вещи о жизни, кото­
    рым ты хотела бы научить родителей. Таким способом ты могла бы передать
    им самые сложные и тонкие вещи, не причиняя вреда себе. Как ты думаешь?

  • Я не знаю. Я не очень умею писать сказки, - сказала Сини.

  • Хорошо, -продолжал я, - это не обязательно должна быть сказка, это мо­
    жет быть рассказ, стихотворение или даже собрание цитат или афоризмов. Это
    может быть что угодно, что расскажет им в метафорической форме все, чему
    ты хочешь их научить.

  • Я попробую, - сказала Сини. — Я могла бы что-нибудь написать.

  • Хорошо. Еще я хочу попросить вас сделать копии написанного.

  • Я могу сделать это, у меня на работе есть копировальный апапрат, - ска­
    зал отец.

84

- Это хорошо, потому что будут нужны несколько копий того, что напишет


Сини, чтобы и у вас, и у матери Сини была своя собственная копия для изуче­
ния. Можете принести также и мне.

Я обратился к родителям:

- Когда получите свою копию, прочтите ее внимательно и постарайтесь по­
нять, в чем заключается главная идея, чему Сини хочет научить вас. Держите
ваши заключения при себе, а когда мы встретимся снова, то вместе это обсудим.

Во время встречи через несколько недель все члены семьи выглядели зна­чительно оживленнее. Сини вполне выздоровела и снова вернулась в школу. Отец вручил мне лист бумаги, на котором были отрывки из популярных песен, несколько стихотворений, сочиненных самой девушкой, и несколько серьез­ных цитат по поводу мудрости. Вот несколько примеров:



  • Мир меняется по мере того, как ты взрослеешь - и это необыкновенно
    увлекательно.

  • Одежда становится тесной, для роста необходимы метры пространства.

  • Полюби ближнего как самого себя.

  • «Фью» - сказала жизнь и исчезла. «Пук» - сказала попа и издала запах.

  • Становится грустно, когда осознаешь, как невыносимы могут быть люди;
    но невыносимее всего, что сам ты - всего лишь человек.

  • Иногда возникает чувство, будто ты - часть сложного математического
    уравнения, способного принимать мириады форм, но конечный результат ко­
    торого - всегда один и тот же.

Я обратился к родителям и спросил, что они поняли из этих цитат. Выясни­лось, что они прочли эти фразы не как наставления, а как завуалированную критику в свой адрес.

Я почувствовал необходимость объясниться:

- Смысл не в том, чтобы выяснить, что в цитатах Сини говорится о вас, а в
том, чтобы глубже понять то, чем она живет, ее внутренний мир.

Мы сделали перерыв, во время которого семья выпила кофе. Я же в это время обсуждал значение цитат Сини с группой коллег, наблюдавших сессию через одностороннее зеркало.

Когда члены семьи вернулись, я резюмировал для них мою дискуссию с группой. Я сказал, что мы проанализировали цитаты Сини и спросил их, жела­ют ли они послушать, к каким заключениям мы пришли. Они с нетерпением ждали наших интерпретаций.

85


Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения


- Мы нашли цитаты Сини очень интересными, - сказал я. - Они отражают оптимистичный взгляд на мир, осознание конечности жизни и прекрасное чув­ство юмора, которое лично я расцениваю, как один из великих даров жизни.

Наши комментарии, по всей видимости, вызвали у Сини и ее родителей чувство душевного подъема. Мы закончили сессию, не назначая дальнейших встреч с семьей.

Через полгода после нашей второй сессии я позвонил им и говорил с от­цом. Он сказал, что хотя они и остались довольны теми двумя сессиями, им с женой теперь хотось бы продолжить терапию. Что касается Сини, она попра­вилась после своего кризиса ив данное время работает за границей.

При оказании помощи детям интерпретации с привлечением волшебниц, чудовищ, гоблинов, троллей или гремлинов не только увлекательны, но и эф­фективны. Для помощи семьям, где ребенок страдает тем, что испражняется в штанишки, Майкл Уайт предложил очаровательный подход (White, I984). В этой проблеме виноваты не ребенок и родители, а Сники Пу (Проныра Пу). Исходя из этой идеи, построена программа, где вся семья сотрудничает, чтобы победить Сники Пу. Эта игровая программа включает соревнования со Сники Пу, запугивание Сники Пу картинками с изображением тигров, сидение на гор- -шке в течение десяти минут после еды и т.д. Подобный подход используется также и с детьми, страдающими энурезом, иными словами, детям помогают избавиться от проделок Сники Пу.

Использование фантастических существ в качестве козлов отпущения имеет ряд преимуществ. Это придает легкость обсуждению проблемы, повышает со­трудничество и вносит элемент игривости, что вдохновляет людей на предло­жение творческих решений. Следующий пример, представленный Беном, ил­люстрирует этот подход.

Хвататель

Милли - семилетняя девочка, у которой появилась привычка воровать день­ги у членов семьи. Она начала с воровства денег из карманов родителей, но недавно начала брать деньги отовсюду, где только могла их найти. Несколько раз она опустошала бумажник старшего брата, и даже бабушка не была в безо­пасности. Девочка вовлекла и свою подружку, и та стала ее сообщницей. Две девочки выкрали банкноту в 50 марок (около 15 долларов) из сумочки матери

подружки. Затем девочки отправились в местный киоск, чтобы истратить всю сумму на сладости. Владелец киоска заподозрил что-то и не разрешил им тра­тить больше половины денег. Тогда они спрятали оставшиеся деньги в саду. Родители пригрозили Милли физической расправой, чтобы заставить ее пока­зать место, где спрятаны деньги. Мать и Милли посещали социальный центр работы с трудными детьми регулярно в течение двух месяцев, но изменений в лучшую сторону не произошло. И мать, и преподаватели центра решили, что проблема была порождена ревностью. Эта идея базировалась на том, что во­ровство началось вскоре после рождения малютки — сестры Милли. Милли, по-видимому, была не согласна с таким объяснением. Всякий раз, когда ее спра­шивали, почему она ворует деньги, она отвечала: «Я не знаю.» Я обратился к Милли, которая рисовала, и сказал:

- Думаю, я знаю, кто заставляет тебя красть деньги из карманов и бумажни­ков других людей. Это Монстр-Хвататель. Я знаю этого Монстра-Хватателя, -сказал я и прошептал Милли на ухо: - Он говорит: «хватай деньги, хватай день­ги, мы купим много конфет; хватай деньги, хватай деньги, мы купим много кон­фет. Милли немедленно подхватила идею о Монстре-Хватателе. Она улыбнулась и начала рисовать его портрет. Я сказал, что можно бы было послать Монстра-Хватателя подальше, но он такой хитрый, что мы должны придумать умный спо­соб его одурачить, и предложил присутствующим разделиться на две группы, чтобы придумать всевозможные стратегии, направленные против Монстра. Я присоединился к матери и терапевтам в соседней комнате, в то время как осталь­ная часть супервизорской группы осталась беседовать с Милли.

Я спросил у матери, что она думает об идее с Монстром-Хватателем. Она сказала, что идея ей нравится, и она может быть полезной. Когда я спросил, как она думает, что сказал бы ее муж, она отвечала, что поскольку он обладает хорошим чувством юмора, ему, безусловно, идея понравилась бы. Мы с мате­рью выработали следующий план. Она должна была приобрести несколько бумажников и в каждый положить по банкноте в иностранной валюте на не­большие суммы. Затем она должна была тщательно спрятать их в разных мес­тах в доме, а потом попросить Милли найти их. За каждую иностранную купю­ру, которую Милли сможет найти, мать даст ей одну марку, которую девочке будет разрешено потратить, на что ей вздумается. Цель этой игры заключалась в том, чтобы помочь Милли «показать нос» Монстру -Хватателю, предложив ей законный способ получения карманных денег.

Мы присоединились к остальным и увидели, что Милли закончила рису­нок ужасного на вид Монстра-Хватателя. Мы восхитились его страшной вне-

87

Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения


шностью. Я объяснил Милли, что мы с ее матерью придумали план, как выг­нать монстра, и что она скоро об этом узнает. Мы закончили сессию.

Через два месяца я узнал, что после нашей сессии кражи прекратились, и мать подумала, что нет необходимости проводить игру со спрятанными бу­мажниками. Терапевты спросили Милли, как она это сделала. Она ответила кратко: «Не скажу». Узнав, что Милли преодолела свою проблему, я решил послать ей открытку с поздравлением. Я просмотрел коллекцию открыток своей дочери и выбрал очаровательную картинку с изображением трогатель­ного щеночка. На открытке я написал следующее послание: «Поздравляю тебя с тем, что ты сумела выгнать Монстра-Хватателя, - и подписался: - Всего наилучшего от дяди Бена.» (Коллеги сказали мне, что именно так меня назва­ла Милли: Дядя Бен). Вскоре после отправления открытки моя восьмилетняя дочь обнаружила, что я без ее разрешения взял ее лучшую открытку со ще­ночком. Она рассердилась на меня, и вполне оправданно. Когда я извинялся и обещал вернуть такую же открытку, я понял, кого Монстр-Хвататель избрал в качестве своей новой жертвы!..

Использование объяснений, связанных с воображением, естественно воз­никает, когда работаешь с детьми, но такой подход, как показывает следующий пример, применим и со взрослыми.

Муилуттайя

Нас попросили провести инструктаж с вновь сформированной группой волонтеров, задачей которых было оказание помощи бывшим наркоманам, на­бранным в рамках двухгодичной стационарной программы в учреждении, рас­положенном в сельской местности.

Вместо традиционной супервизии мы предложили волонтерам провести неформальную встречу, чтобы обсудить, чего от них ожидают. Это -собрание задумывалось как возможность для пациентов, их семей, персонала и волон­теров совместно обсудить и согласовать роль группы «поддержки» в общем лечебном плане. Таким образом был организован двухдневный семинар в за­городном стационаре. Все сорок присутствующих сидели в большом кругу. После общего знакомства мы открыли дискуссию на тему вечного вопроса: почему молодежь употребляет наркотики. Мы аргументировали выбор этой темы, утверждая, что различные взгляды на причины злоупотребления при-

водят к разным представлениям о том, чего следует ожидать от волонтеров. Группа предложила около дюжины распространенных объяснений, включая генетическую предрасположенность, трудное детство, эмоциональное рас­стройство, плохую компанию и эффект привыкания к наркотику. После того, как были выслушаны все объяснения, в помещении воцарилось тягостное молчание. И тут, после некоторой паузы, с серьезными лицами мы объявили, что ни одно из этих объяснений не было правильным, ведь истинная причина наркомании, - это омерзительное существо по имени Муилуттайя. Мы при­думали это слово Муилуттайя - всего несколько минут назад, во время ко­фейного перерыва. Корень этого слова происходит от финского слова «муи-лутус», которое первоначально означает неожиданную принудительную ссыл­ку, изгнание людей фашистами в период между войнами. Эти ссылки исполь­зовались как форма устрашения и зачастую сопровождались применением насилия.

Поэтому слово «муилуттайя» эффективно персонифицирует подавление и тиранию. Это нетрадиционное объяснение, возлагающее вину на некое вообра­жаемое существо, а не на кого-то из присутствующих, было хорошо принято. Затем мы разделились на небольшие дискуссионные группы, каждая из которых получила задание перечислить то, что Муилуттайя любит и чего не любит.

Среди прочих вещей выяснилось, что Муилуттайя любит плохие чувства, изоляцию от других людей, любые дискуссии, в центре которых находятся нар­котики. С особым удовольствием она слушает, как люди обвиняют друг друга: Муилуттайя не любит работу, планы на будущее, общение с нормальными людь­ми, заботу о благополучии других и т.д. Установив, что любит и чего не любит Муилуттайя, мы в небольших группах стали разрабатывать план избавления от нее. Родилась масса отличных идей, особенно хорошо была принята идея о создании совместными усилиями персонала, экс-наркоманов, их семей и во­лонтеров ассоциации под названием «Анти-Муилуттайя Ассоциация» или АМА. Цель ассоциации - избавиться от Муилуттайи посредством организации со­браний и совместных предприятий.

Первым совместным предприятием должна была стать организация нефор­мального вечера «знакомства» для волонтеров, выздоравливающих экс-наркома­нов и их родителей. Эта встреча была проведена через месяц и имела успех. Она стала первым мероприятием в целой серии регулярных встреч и совместных поездок в выходные дни. Волонтеры, которых сперва приглашали как психоло­гическую «поддержку», теперь стали настоящими друзьями. Сами же они видят свою задачу в том, чтобы помочь бывшим наркоманам устанавливать контакты с

89

Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения


людьми, не имеющими никакого отношения к наркотикам. Проект оказался ус­пешным, особенно в смысле включения семей в процесс выздоровления, а также в плане сотрудничества между различными вовлеченными группами.

Иногда объяснения, которые дают клиенты, могут, с точки зрения спе­циалистов, показаться неуместными. В таких случаях терапевты часто пы­таются убедить клиента принять другое объяснение. Например, если роди­тели мальчика полагают, что причиной его поведенческих отклонений яв­ляется то, что в раннем детстве он ударился головой, у терапевта может возникнуть желание убедить родителей принять другое объяснение, кото­рое будет более продуктивным в плане терапии. Однако, когда клиенты не­поколебимо убеждены в правильности собственного объяснения, попытки их переубедить могут оказаться бесполезными. Тут терапевт может предпо­честь принцип «не спорь с клиентом» и принять объяснение клиента «по номинальной стоимости».

Следующая история предложена Тапани и относится к тем годам, когда он был еще начинающим специалистом в области краткосрочной терапии. Исто­рия иллюстрирует принцип принятия интерпретации клиента и принятие ре­шения благодаря методу дедукции.

Тест с бусинками

Семнадцатилетняя Анни попала в серьезную беду. Ее направили ко мне из подросткового психиатрического отделения, из которого ее выгнали за то, что она принесла в здание наркотики. Когда я впервые ее увидел, у нее были суици­дальные и психотические признаки. На нашей первой сессии мне удалось до­биться ее согласия принести мне всю ее коллекцию транквилизаторов и брит­венных лезвий. Мы решили, что если ее будет одолевать настойчивое желание покончить с собой, она прежде чем причинять себе вред должна будет посове­товаться со мной, поскольку все ее суицидные «принадлежности» были теперь у меня. Это соглашение было очень полезным, хотя и не исключило ее суицид­ных порывов полностью. В начале трехгодичного курса терапии Анни раскры­ла свою самую неотложную проблему.

- Я согрешила, - сказала она, - и поэтому несу наказание. На протяжении многих ночей Сатана является мне в образе человека. Он говорит, что придет и убьет меня.

90

Я был озадачен этой экстравагантной идеей и спросил ее, как Сатана сможет сделать это. Она объяснила, что он убьет ее прикосновением, и что его прикосновение обречет ее на вечное проклятие. Мне припомни­лась одна старая история, которую однажды на конференции рассказал Пол Вацлавик. В одной восточной притче говорится о человеке, которому велено провести испытание, чтобы выяснить, следует ли игнорировать или принимать всерьез духов, которые его неотступно тревожат. Взяв свою линию поведения из этой истории, я предложил Анни провести экспери­мент, чтоб определить, в самим ли деле Сатана так могуч, что может убить, или нет. Я сказал:



- Здесь, в нашей клинике был один сотрудник, который несколько лет про­
вел в Бразилии. Он рассказывал, что в Бразилии очень много людей, которых
беспокоят демоны. И, по словам бразильцев, не все демоны одинаковы. Неко­
торые действительно опасны, а другие - просто обманщики. Те, которые обма­
нывают, умудряются создавать иллюзию своего могущества. Однако такие де­
моны просто лгуны. Существует тест, с помощью которого ты сможешь выяс­
нить, не является ли твой Сатана одним из тех лжецов.

Анни проявила интерес к проведению теста, и я дал ей следующие инст­рукции. Она должна купить один маленький пакетик красных бусин, а другой -черных бусин. В следующий раз, когда Сатана появится, она должна схватить наугад несколько красных и черных бусин и зажать в кулаке. Затем нужно спро­сить Сатану, сколько у нее в руке красных и сколько черных бусин. Если Сатана не сможет сказать, это верный признак того, что он - один из тех жалких лже­цов. Анни приняла эту идею и сказала, что попробует. На следующей сессии Анни доложила, что когда Сатана появился и стал угрожать, что дотронется до нее, она взяла сколько-то красных и черных бусин. После этого она спросила у Сатаны, сколько у нее черных бусин в руке. Сатана сказал - 16. Когда Анни пересчитала бусины, их действительно оказалось точно 16 штук. Она спросила меня, как я могу это объяснить. Я был застигнут врасплох. Я испугался, что сам загнал себя в угол и сумел лишь продлить проблему на неопределенный срок. Я сказал:

- А что же красные бусины? Сатана угадал и их число?

'- Нет, не угадал, - ответила Анни. - Он сказал, что там 14 бусин, а там было только 9 ... Но как вы объясняете то, что он знал точное число черных бусин? - настаивала она.

Я немного подумал и наконец сказал:

- Он, возможно, просто угадал - все иногда правильно угадывают.

91

Психотерапевтическое консультирование

Плодотворные объяснения


Анни улыбнулась и приняла мой ответ. После этого она едва ли вспомина­ла снова о Сатане, очевидно ее мучитель испарился.

Многие годы я сомневался, стоит ли рассказывать коллегам о том неорто­доксальном способе, который Анни и я применили против Сатаны.

Всем терапевтам знаком опыт, когда какая-то идея человеку предлагается, который нисколько не заинтересован в том, чтобы принять ее.

Во время одного из семинаров некоторые участники особенно усердно ста­рались убедить клиентов принять их идеи, даже несмотря на то, что эти клиен­ты ясно показывали, что они не согласны. Мы обозвали такую стратегию -«пушинг» (push - «проталкивание») - и обсуждали ее недостатки; после чего группа решила воздерживаться от этого. Пушинг, однако, возвращался снова и снова, так что мы придумали другое решение. Группа сочинила простую мело­дию на слова «пуш, пуш, пуш» и решила тихонько напевать эту песенку, когда на сессиях случался пушинг. Эта песенка'на самом деле исполнялась несколь­ко раз с положительными результатами.

Важно проявлять мягкость, предлагая клиентам новые решения. Вместо того, чтобы объяснить людям, что они должны думать о причине своей пробле­мы, лучше рассказать им историю, изображающую вашу идею или пригласить их стать вашими партнерами в поиске плодотворных объяснений.

Выдвигая несколько альтернативных объяснений, а не предлагая единствен­ное, мы напоминаем клиенту (и себе тоже) о том, как важно сохранять широту восприятия.

Истории из собственной жизни, случаи с больными, с которыми приходи­лось встречаться, или литературные примеры дают материал для сенситивного воздействия на клиентов, позволяя давать им новую пищу для размышления. Важно также, что в любом случае выбор остается за самим клиентом, который сам и только сам решает, принять или отвергнуть то или иное объяснение, за­ложенное в конкретной истории.

Объяснения интересны, скорее, не с позиции их объективности, а в плане того, какие действия"они диктуют. Новые версии порождают новые решения, при том, что клиенты не обязаны одобрять представленные объяснения. Тера­певт может использовать, например, такую форму подачи своего толкования: «Предположим, причина вашей проблемы состоит в том-то и том-то, что бы вы делали в таком случае?»

К примеру, терапевт может спросить у супружеской пары, раздираемой постоянными ссорами: «Кто-нибудь мог бы предположить, что корни вашей

92

проблемы вырастают из вашей сильной и тайной страсти друг к другу. Давайте представим себе, что это и в самом деле является реальной причиной вашей проблемы - что тогда нужно сделать для ее разрешения?»

В этой главе мы рассматривали генерирование альтернативных интерпре­таций проблемы клиента с точки зрения терапевта. Однако следует подчерк­нуть, что если перед клиентами поставлена принципиальная задача найти пло­дотворные объяснения своего конфликта, они часто проявляют большую про­ницательность, находя нетрадиционные объяснения самостоятельно. Специ­фические вопросы, как например, «Как объяснили бы эту проблему люди дру­гой культуры?» или «Какое самое невероятное объяснение для данной пробле­мы вы могли бы придумать?» могут быть очень полезны для мобилизации во­ображения клиентов.

Образы будущего

Каждые три месяца в местный центр психичес­кого здоровья на прием к Бену приходил один муж­чина, чтобы возобновить рецепт. Он был одинок и жил вместе с отцом в отдаленном доме в сельской местности. Одежда его была поношенной, волосы в беспорядке, зубов не было. Всякий раз, когда Бен при­нимал этого человека, он подшучивал над ним: ка­ким красавцем выглядел бы тот, если бы его зубы были в порядке и фантазировал о девушках, которые сидели бы с ним в воображаемой машине с откид­ным верхом. Фантазии Бена неизменно забавляли клиента, но не производили сколько-нибудь заметно­го влияния на его внешний вид. Примерно через год после того, как Бен ушел из этого центра, он полу­чил открытку от этого человека с простыми слова­ми: «Спасибо большое - теперь у меня есть зубы!»

Поскольку будущее часто связано с прошлым, люди, воспоминания которых тягостны, склонны без­надежно смотреть в свое будущее. Однако и негатив­ное видение будущего, в свою очередь, усугубляет текущие проблемы, бросая пессимистическую тень как на прошлое, так и на настоящее. К счастью, об­ратное также верно: позитивное видение будущего рождает надежду, а надежда помогает справляться с текущими невзгодами, видеть знаки, предвещающие перемены к лучшему, смотреть на прошлое как на испытание, а не наказание и черпать силы для твор­ческого отношения к жизни. Следующий пример, предоставленный Тапани, показывает, как фантази­рование о будущем помогает не только ставить цели, но также и повысить осознание клиентами решений, которые у них уже есть.

94

Образы будущего



Когда проблема позади

Рина позвонила мне по кризисному телефону. Она сказала, что ее муж на­ходится в состоянии запоя и нужна срочная помощь. Я узнал, что алкоголь был проблемой для ее мужа в течение ряда лет. Через каждые несколько месяцев он идет в бар прямо с работы и напивается с чужими людьми. Во время запоев он сутками, а то и неделями не появляется дома и только иногда звонит жене.

Я спросил Рину, известно ли ее мужу, что она звонит мне. Она сказала, что он знает, но не интересуется семейной терапией. Я сказал, что она может прий­ти без мужа, если он предпочитает не приходить.

Я также предложил, что если вдруг ее муж передумает, они вместе должны какое-то время перед встречей пофантазировать на тему о счастливой жизни их семейства. Когда я встречусь с ними, мы продолжим воображать, как будто мы находимся уже в будущем, и я буду задавать им вопросы относительно их воображаемой жизни, например: «Как вы прожили эти несколько дней?» и «Как вы думаете, что сделало ту прекрасную перемену возможной?» На следующей неделе, когда я посетил их дома, Хейкки страдал от абстинентного синдрома, от похмелья у него тряслись руки и градом лился пот. Я спросил у Хейкки, знает ли он о задании, которое я просил их выполнить до моего прихода. Он сказал, что знает и считает предложение интересным, так как в последнее вре­мя много думает о будущем. Я спросил:

- Тогда скажите, как дела обстоят сейчас, когда проблема позади?

-Что вы имеете в виду, говоря, проблема позади?.-удивился Хейкки, кото­рый пока не понял моей идеи. Я продолжал:

. - Вы помните, мы встречались два года назад? Припоминаю, у вас были какие-то проблемы с алкоголем или что-то в этом роде. У меня такое впечатле­ние, что сейчас все прекрасно, я прав?


  • Да, Хейкки больше не пьет, - сказала Рина, которая с готовностью вклю­
    чилась в игру. Затем подключился Хейкки:

  • Она хочет сказать, что я уменьшил количество выпиваемого, но я время
    от времени выпиваю стакан-другой вина.

Мы строили наш воображаемый мир будущего еще довольно долго. По­скольку конец сессии приближался, я обратился к хозяевам с вопросом, как они объясняют эту перемену. Хейкки сказал, что во многом это связано с тем, что Рина начала разделять с ним ответственность за экономику их семьи. Он объяснил, что прежде Рина просто бросала все счета в ящик, предоставляя ему заботу и о ее налоговой декларации в конце каждого года.

95

Психотерапевтическое консультирование



Образы будущего


- Теперь вот уже два года, - сказал он, она разбирает все свои счета акку­ратно по пачкам и заполняет свою декларацию совершенно самостоятельно, лишь иногда спрашивая у меня совета.

Другое объяснение состояло в том, что Хейкки осуществил главную пере­мену в своей служебной карьере. Годами он мечтал сделать нечто радикальное, а теперь он претворил свою мечту в жизнь.

Мы не стали договариваться о следующей встрече, я просто попросил Рину и Хейкки позвонить мне или прислать открытку, чтобы дать мне знать, как идут дела. Когда я уходил, Хейкки и Рина были полны оптимизма и выглядели так, как будто что-то из того, о чем мы фантазировали, уже исполнилось.

Позднее я узнал, что Хейкки действительно воплотил свою мечту, и что он резко сократил потребление алкоголя.

Позитивные образы будущего дают людям возможность посмотреть на свои сегодняшние неприятности просто как на этапы непрерывного повествования, где невзгоды - лишь ступени на пути к лучшему завтра. С этой точки зрения, проблемы могут рассматриваться как ценный познавательный опыт, а вовле­ченные люди - скорее как помощники, нежели препятствия. Следующий при­мер повествует о том, как Тапани пригласил девочку-подростка, жившую в ле­чебном стационаре для молодежи, создавать образы будущего, в котором раз­ные люди из ее окружения становятся ее помощниками.

Учитель математики, который помог

Я был приглашен провести однодневный семинар по семейной терапии с персоналом лечебного стационара для молодежи. В начале нашего дня я ска­зал, что, по-моему, лучший способ научиться - это поработать с конкретным случаем, а не тратить время на голую теорию.

Представители стационара сказали, что, к сожалению, большинство их подопечных отпущены на этот день по домам. Присутствуют только двое - сем­надцатилетний Ристо и четырнадцатилетняя Минна. Я спросил у персонала, не хотят ли они пригласить кого-нибудь из них для демонстрационной сессии. Посоветовавшись, решили позвать Минну, которую поместили в этот дом из-за прогулов в школе и побегов из дома. Девочка абсолютно не ладила с матерью и отчаянно скандалили с ней. Коллеги сообщили, что Минна - очень симпатич­ная личность, но уже заработала репутацию скандалистки. Я пояснил:

96

- Если мы собираемся говорить о Минне, не можем ли мы попросить ее


присутствовать? Исходя из моего опыта, молодым полезно слышать, что о них
говорят. Я также убедился, что зачастую полезно пригласить вместе с ними и
их друзей. Как вы думаете, не могли бы мы пригласить Ристо присоединиться
к нам?

Мое предложение пригласить Ристо сопровождать Минну на сессии не было принято с большим энтузиазмом. Разговор зашел о конфиденциальности, ра­ботники стационара сомневались, будет ли этически оправданным приглашать Ристо для участия в таком разговоре. Я объяснил, что конфиденциальность не составит особой проблемы, поскольку мы будем фокусироваться на будущем и, конечно, спросим разрешения у Минны.

Представители персонала добавили, что есть еще одно возражение против приглашения Ристо на сессию. Они объяснили, что Ристо известен своей склон­ностью подбивать новичков на пакости, и по этой причине идея, в результате которой они слишком близко узнают друг друга, не кажется им удачной. Я на­стаивал, говоря, что хотел бы сам поговорить с Минной и узнать ее мнение насчет присутствия Ристо.

Со мною согласились и проводили к комнате Минны. Я представился, объяс­нил, что мы собираемся обсуждать ее на нашем консультативном собрании и сказал, что ей было бы полезно прийти и послушать, что мы будем о ней гово­рить. Она сказала:



  • Хорошо, я приду, но только если не надо будет что-то говорить. Я ненави­
    жу быть центром внимания.

  • Да, я понимаю, что ты чувствуешь, и поэтому предлагаю пригласить так­
    же Ристо. Тебя это устроит?

  • Прекрасно, устроит, - сказала она. После этого я пошел говорить с Рис­
    то. Я сказал ему, что мы собираемся провести собрание, чтобы поговорить о
    будущем Минны, и приглашаем его присоединиться к нам. Он, как Минна, ска­
    зал, что придет, если сможет быть просто наблюдателем.

Когда все собрались, я объяснил, что часто гораздо полезнее говорить о будущем, чем о прошлом и предложил заглянуть вперед, вообразив, каким ока­жется будущее Минны, не отягощенное проблемами.

- Давайте представим, - сказал я, - что прошел год, и все мы встречаемся


где-то в городе, допустим, в кафе на вашей улице. Сияет солнце, и к нашему
удивлению, входит Минна. Она говорит нам, что в ее жизни все прекрасно. Что
ты нам расскажешь, Минна?

-Я не могу себе этого представить, - сказала она.

97

Психотерапевтическое консультирование

Образы будущего


  • Ну а вы, - обратился я к медсестре, работающей с Минной, - как вы пред­
    ставляете себе, что она нам сказала бы?

  • Она бы сказала, что вернулась в школу,'— сказала медсестра.

Эта вступительная фраза послужила запуском коллективной фантазии, где Минна хорошо успевала в школе и лучше чем когда-либо ладила с родителями и друзьями. Когда кто-то сказал, что у нее будут хорошие отметки по математи­ке, я заметил недовольную гримасу не ее лице.

  • Ну, как это, по-твоему, звучит? Хорошие отметки по математике, а?

  • По-моему, звучит совершенно невероятно, - сказала она.

  • Давайте все-таки вообразим, что ты вправду хорошо успеваешь, даже по
    математике. Услышав о таком, я бы очень хотел узнать, как же все это могло
    произойти. Что же случилось, Минна?

  • Она начала делать домашние задания, - сказал кто-то из персонала.




  • Я не думаю, что когда-нибудь буду хорошо учиться по математике, -
    сказала Минна.

  • А как насчет Ристо, он силен в математике? - спросил я.

  • Он прекрасно разбирается в математике, - сказал директор дома.

- В таком случае, возможно ли это, чтобы Ристо помог Минне с математи­
кой? - предположил я.

На лице Ристо промелькнула улыбка. Я обратился к Минне:



  • Ну, такое возможно? '

  • Думаю, возможно, - сказала она, улыбаясь.

  • Предположим, он оказался действительно требовательным учителем, ко­
    торый заставил тебя работать и стал задавать домашние задания каждый день.
    Ты стала бы делать, что он тебе велел? - спросил я у Минны.

  • Могла бы, - сказала она.

  • Ну, Ристо? Ты помог бы Минне с математикой?

  • Кто знает? - сказал он.

Помимо школьных мы говорили и о других аспектах позитивного будуще­го Минны. Она постепенно стала активной участницей нашего разговора и ска­зала, помимо других вещей, что снова установила бы хорошие отношения со своей матерью, вернула бы своего любимого и нашла бы много новых друзей. Услыхав о друге, я сказал:

  • О, я не знал, что у тебя есть друг. Как его имя? г

  • Не ваше дело, - сказала Минна с вызовом.

  • Ты могла бы, по крайней мере, назвать первую букву его имени, - сказал
    я, слегка подшучивая над ней.

98

- Оно начинается с буквы М, -сказала она и добавила, - но не думайте,


что я скажу вам больше.

Я не мог устоять от соблазна продолжить, но не видел способа заставить Минну добровольно сообщить имя своего возлюбленного. Тогда я изменил тему и спросил ее:



  • Что может указать людям на то, что ты наладила свою жизнь?

  • У меня будет кошка и много разных хобби, - сказала Минна.

  • Это звучит хорошо, - сказал я и объяснил, что, судя по моему опыту, это
    всегда благоприятный знак, когда у людей есть конкретные планы на будущее.
    Прежде, чем закончить сессию, я сказал, что мне было бы очень интересно
    снова встретиться с ней через год, чтобы узнать, как развивались события. А
    также, поскольку я не знал, приду ли сюда еще, я предложил ей написать мне
    открытку или письмо, чтобы быть в курсе, как идут дела. Минна согласилась
    прислать мне открытку, я дал ей свой адрес, и мы закрыли сессию.

Интересно, что во время кофейного перерыва после сессии Ристо подошел поговорить со мной. Он спросил, можно ли организовать подобную «сессию планирования будущего» и для него. Я пожалел о том, что у меня не было вре­мени еще на одну сессию в тот день и предположил, что поскольку ему и пер­соналу процедура теперь известна, они могли бы сделать это без меня.

Месяцев через шесть я получил письмо от Минны. Вот что она написала: «При­вет, Тапани, как ты поживаешь? У меня все вполне нормально. Школьные занятия идут хорошо, у меня были хорошие отметки, и в остальных смыслах моя жизнь стала регулярной. Имя моего друга по-прежнему начинается на М. Теперь я могу сказать тебе его имя. Его зовут Мика. У меня есть работа на весь июнь прямо здесь, в этом доме. В июле я буду дома на каникулах со своей семьей. В самом начале августа я пройду собеседование по поводу выписки. Я вернусь в свою старую шко­лу. Произошли и другие изменения в нашей семье. Например, теперь мама и я можем разговаривать обо всем, мы переехали на другую квартиру, и я слушаюсь маму. У меня есть котенок, его зовут Ионна. Мама будет заботиться о нем, пока я работаю здесь. Когда я дома, я часто хожу плавать, вывожу собаку и играю с котен­ком. У меня много друзей, три девочки и семь мальчиков. Наша мама тоже нашла себе нового друга. Надеюсь когда-нибудь тебя увидеть. Думаю, на сегодня это все. Наслаждайся отдыхом в свой летний отпуск. Береги себя, Минна.»

Существует множество других способов предложить клиентам пофанта­зировать на тему хорошего будущего, помимо простой просьбы вообразить свое будущее без всяких проблем. Один такой метод, разработанный Стивом

99


Психотерапевтическое консультирование

Образы будущего


Де-Шазер и его командой, известен под названием «чудодейственный воп­рос». В этом случае клиентов просят вообразить, как бы пошла их жизнь, если бы их проблемы чудом исчезли за одну ночь. Существует бесчисленное множество способов попросить людей подумать о позитивном будущем, на­пример:


  • Вообразите, что прошел год, и вы решаете послать нам открытку с хоро­
    шими новостями. Что это будет за новость?

  • Если бы в будущем кто-то сообщил мне о вас хорошую новость, что бы
    он мне сказал?

- Предположим, вашему терапевту однажды приснился сон, в котором вы
были бы счастливы и жили прекрасно. Какой бы это был сон?

- Если вы представите себе, что ваша жизнь - это роман, а его следующая


скачать файл


<< предыдущая страница   следующая страница >>
Смотрите также:
Ние и «поглаживания». Прошлое предпочитает, чтобы его рассматривали как ресурс, хранилище воспоминаний, хороших и плохих, и источник мудрости, вытекающей из жизненного опыта
1883.58kb.
Как мы убедились, психологию можно считать наукой, поскольку она использует научные методы, чтобы описывать и объяснять поведе­ние
299.31kb.
Сценарий по одной или нескольким из этих шести схем. Мой возраст, пол, образование и воспитание при этом также значения не имеют
97.5kb.
Упростите выражение, найдите его значение при. В ответ запишите полученное число
48.18kb.
По народным представлениям, суть любой вещи, содержа­ние любого жизненного явления зашифрована в его назва­нии
44.54kb.
Компетентностный подход в современной образовательной парадигме рассматривается как совокупность общих принципов определения его целей, отбора содержания, организации образовательного процесса и оценки его результатов В
121.72kb.
Общие сведения
50.08kb.
Экзистенциальный анализ. История, теория и методология практики
3631.31kb.
Инструментальные средства поддержки технологий и их классы
155.85kb.
Памятка родителям первоклассника
15.76kb.
«Без друзей меня чуть чуть»
47kb.
-
1853.5kb.